Наброски - женский литературный журнал
Женский литературный журнал
Главная
Новости
Проза
Статьи
Поэзия
О нас
Ваши истории
К новым авторам
Знакомства
Контакты
Каталог женских и литературных ресурсов
Гостевая книга
Форум
Поиск
Женский литературный журнал
Рассылки Subscribe.Ru
Подпишись на анонсы
новых поступлений

Наш журнал в Twitter

Наш журнал в Вконтакте

Журнал Наброски в формате RSS









Rambler's Top100



Яндекс цитирования

Love.Linx.Ru - Любовь, знакомства, общение

Украинская Открытая Ассоциация Организаций, Групп и Лиц, работающих с детьми, страдающими онкозаболеваниями Жити завтра, Ми поруч, Киев





Маша

Один дядька, старый мудак 44 лет, написал Маше: "Солнышко, хочешь, я научу тебя всем секретам любви, посвящу в тайны секса?" Маша с Иркой поржали, и Маша ответила дядьке: "Я знаю ваш айпи, и сообщу в милицию, пусть вас привлекут за педофилию".


Маша

Маша уважает женщин умных и красивых. Маша очень любит свою маму, но не может уважать ее. Машина мама закончила девять классов, и нигде никогда не работала. Она сидела дома с Машей, пока Маша была маленькая. Потом сидела с Олей. А сейчас сидит с двухлетней Риткой. Мама курит, а Маша ненавидит, когда женщина курит. К тому же мама очень полная. Маша ни за что не хочет быть такой, как мама - сидеть дома, не работать и курить. Она мечтает быть программистом или дизайнером. Мама думает, что она растолстела из-за того, что рожала одних девочек. Маша вообще не собирается рожать, потому что не хочет стать такой, как мама.

Маша недолюбливает Олю и Ритку, а за что их любить, мелочь сопливую.

Машин папа работает в разведывательной компании в Москве. Там хорошо платят. Целую неделю папа в Москве, и только по выходным приезжает домой. Папа худой, симпатичный, и Маша очень его любит, хотя это не ее папа, на самом деле, а Олин и Риткин. Машин биологический папа сидит в тюрьме, и мама с ним в разводе. За что он сидит в тюрьме, Маша не интересовалась. Это стыдно - сидеть в тюрьме, и пошел такой папа подальше.

Маша не ест сладостей, хлеба, жареной картошки, макарон, даже мороженого, а девки в классе говорят, что она толстая. Маша ищет диеты в Интернете, но все они мало помогают.

Жизнь Маши небогата событиями. Мама и папа не разрешают Маше ходить на дискотеки и гулять после десяти вечера. Они боятся за Машу. Жизнь сейчас опасная, на троллейбусных остановках ночуют бомжи, в подъездах собираются гопники. Изнасилуют и убьют.

Маше позволено ходить только в школу и в центр дополнительного образования.

В школе Маша - отличница. Ее так и прёт на учебу. Особенно радует получать пятерки по физике, алгебре, химии, потому что эти предметы не на каждого дебила рассчитаны.

Иногда Маша даже читает книжки сверх программы. Психологические, например.

Личная жизнь у Маши не складывается. Ей нравился Голубев, девятиклассник из седьмой школы. Он был высокий, стройный, смугловатый, короче, непохож на наших мелких и кривоногих пацанов. Голубев тоже записался в центр дополнительного образования, правда, в юридический класс, а не в группу программистов, где Маша. Маша зашла и спросила:

- Ты новенький? В какой школе учишься? Домашний адрес, телефон? Я - актив центра.

Голубев все культурно продиктовал, Маша записала. После занятий она догнала Голубева и предложила:

- Пошли домой? Мы на соседних улицах живем, оказывается.

Голубев согласился, и они с Машей стали каждый день ходить домой вместе. Иногда Голубев выходил с пацанами, а Маша не стеснялась пацанов и шла с ними в компании.

Один раз Голубев проводил Машу до подъезда, зашел с нею внутрь и стал Машу обнимать. А потом поцеловал в губы. Маша не возражала. Вообще-то, Маша не собирается выходить замуж раньше тридцати лет. Но ей уже четырнадцать, а в школе нет ни одной "девочки" старше пятнадцати. Ирка, подруга, говорит, что они все просто врут, и в Интернете так написано. Но Маша не хочет, чтобы про нее говорили "ботаничка" и "целка-невредимка". Поэтому она не возражала, когда Голубев ее целовал, и даже когда он положил ей руки на пятую точку. Маша спросила:

- Ты меня любишь?

- Да, - ответил Голубев.

Маша несколько дней ходила радостная. Рассказала про Голубева Ирке, а еще Марику и Алине.

Марик (на самом деле Марк Андреич) ведет программирование в центре дополнительного образования. Маша у него занимается уже два года. Она единственная девчонка в группе программистов, все остальные пацаны. Очкарики-ботаники, нормальных пацанов в этой группе нет. Марик говорит, что Маша - самая умная в группе, и посылает ее на все олимпиады.

- Поздравляю, - сказал Марик. - Когда будет свидание?

Маша спросила Голубева по дороге домой: когда будет свидание? Голубев не ответил, и Маша сама назначила - в пятницу, после центра. Пойдем в кафе "Черный лебедь".

Алина - девушка Марика. Она тоже ведет в центре дополнительного образования группу - компьютерная графика. Маша занимается у Алины даже дольше, чем у Марика. Она без ума от Алины.

Маша даже хотела покрасить волосы, чтобы стать блондинкой, как Алина. Но волосы у Маши слишком черные, их не прокрасишь. Будут желтые, как у проститутки, Алина отговорила. Зато Маша научилась подводить глаза, как Алина, и делать дизайн ногтей. А по торжественным случаям Алина сама делает Маше дизайн ногтей.

- Завтра сделаете? - спросила Маша в четверг. - У меня свидание.

Алина сделала суперский дизайн - ногти голубые, а на них белые ромашки с желтыми стразами в середке. Голубев офигеет, подумала Маша, а еще она надела короткую юбку и черные колготки с серебряным узором, папа привез из Москвы.

- Посмотри, какой кич, - сказала Алина Марику. И они оба смеялись, но добродушно, а мама вот не смеялась, сказала надутыми губами: ты вся извертелась перед мальчишками, это не к добру!

Голубев оказался козел, как все мужики - он просто не пришел! Маша запрезирала его изо всех сил. Алина объяснила:

- У него элементарно нет денег на кафе. И ты его задолбала, Маша. Мужчины не любят, чтоб на них охотились.

Маша не умеет прощать оскорбления. Она пошла к Голубеву после занятий, а он быстренько проговорил:

- Я с пацанами иду, у нас вышла одна шняга...

Маша звонила ему раз сто вечером, он не отвечал, а последние два раза даже скинул, сука. Маша пошла в его седьмую школу (смотала с последних уроков в первый раз в жизни!). Голубеву деваться было некуда. Он начал что-то хныкать - типа, мы с тобой разные, у меня другие интересы, мне надо исправлять оценки, короче гнал всякую байду, и Маша спросила открытым текстом:

- Ты меня любишь?

Голубев сказал:

- Нет.

Машу всю затрясло. Она пришла домой, обедать не стала, сразу села к компу. Мама стала ругаться:

- У тебя уже анорексия от твоих диет!

Маша заорала - оставь меня, у меня завтра зачет, блин, хочешь, чтоб я пару получила! Сидела три часа, смастерила коллаж, ни одна сволочь не раскусит: скачала гомика из порносайта с полуголой жопой, приделала башку Голубева, сама смеялась до уссачки. Потом завела анкету на сайте для голубых, влепила туда фотку, цель знакомства поставила: секс на один-два раза и групповой секс, и написала от имени Голубева двум десяткам старых педрил. Всем разослала его номера - и мобильный, и домашний. Уф! Как хорошо на душе стало.

Марик и Алина посмеялись, когда им Маша показала свое творчество.

- Жесть, - сказал Марик.

- Правильно, Машка! Так их, козлов! - весело сказала Алина.

А Ирка сморщилась. Ирка вечно строит из себя мадаму из Амстердама.

- Что ты унижаешься? Лучше себе анкету заведи на сайте знакомств. Я с таким реальным пацаном в аське познакомилась.

Маша завела себе анкету. Пришлось, правда, написать: "Маша, 16 лет", потому что четырнадцатилетних не регистрируют, типа - маленькие. Первым написал Маше парень19 лет, потом 17 лет, потом сразу человек семь, все очень симпотные. Маша как увлеклась! Целыми днями сидела на сайте и в аське на мобильнике. На английском училка ей даже замечание сделала, но в дневник не записала, и хрен бы с ней. Один дядька, старый мудак 44 лет, написал Маше: "Машенька, солнышко, хочешь, я научу тебя всем секретам любви, посвящу в тайны секса?" Маша с Иркой поржали, и Маша ответила дядьке: "Я знаю ваш айпи, и сообщу на вас в милицию, пусть вас привлекут за педофилию".

Потом написал Злат, 16 лет, прикольное имя, причем - не ник, а папа с мамой так назвали. Маша предложила встретиться в реале. Алина сделала ей дизайн ногтей - на черном фоне розовые прожилки. Колготки с серебряным узором Маша надевать не стала - несчастливые. И все равно получилось по-тупому. Злат пришел не один, а с другом, и не пригласил Машу в кафе, а водил по скверу, а что там ходить - холодно, дождь мелкий мерзкий капает... И сам Злат оказался толстеньким. Маша пришла домой и забанила его со всех сторон.

- Машка, ты смотри на рост-вес, в конце-то концов, - сказала Алина, - вес у парня должен быть - рост минус сто. А если больше - значит, жирдяй.

- А у девушки?

- Минус сто десять.

Маша быстро посчитала свои сто шестьдесят минус пятьдесят четыре, получается, четыре кило лишних. Ей стало ужасно тоскливо, прямо депрессия по лбу застучала.

- Алина, а у вас нет какого-нибудь знакомого, с которым можно переписываться?

Алина показала ей целую папку фотографий - выбирай. Маша выбрала самого экстремального, со стильными татуировками на плече и на обеих руках и попросила его адрес. Алина сказала, что этот Маше вряд ли будет писать, он музыкант, поэт, и на фиг ему Машка мелкая, ему 23 года. Маша, все-таки, написала этому поэту (фамилия - Флаговский), а он взял и ответил! Маша целых два месяца ему писала - про всё, про школу, про группу программирования, про Голубева-козла даже написала. Флаговский отвечал, а в реале встретиться было невозможно, он где-то на Севере живет, где Макар телят не гонял. Маша сделала коллаж - себя и Флаговского в обнимку, и повесила на рабочий стол.

- Это кто? - спросила Ирка.

- Мой бойфренд. Ждет, пока я школу закончу, а потом мы поженимся.

Ирка поверила. Маша тогда послала ради прикола этот коллаж Флаговскому. А он оказался чмом хуже Голубева. Ответил - даже не Маше, а Алине - пускай твоя мокрощелка тупая мне больше не пишет, еще не хватало, чтобы я с такой рядом висел, я не педофил, и вообще, ненавижу всех, мир - говно, а у меня кризис жанра.

У Маши руки задрожали и губы затряслись, она даже не знала, что так бывает от обиды. Конечно, Алине она старалась вида не показать, смеяться ведь будет, Алина жестокая, хоть бы Маше стать когда-нибудь такой жестокой. Она взяла у Алины со стола какие-то бумаги, просто, чтобы нервы успокоить, а там распечатанный мейл от какого-то П. Алексеева: "... и я опрокину тебя на кровать, и схвачу руками твои тонкие лодыжки, и закину их на плечи, и войду в тебя - стремительно, жестко и нежно, и мы сгорим в одном огне, Алинка..."

- Это что такое? - крикнула Маша. - Это кто вам смеет такое писать?!

У Маши слезы выступили, просто сил не было их сдерживать. Почему же так все паршиво? Нет любви, нет дружбы, никаких чувств нет, только вранье и пакости.

- А ты почему роешься в моих бумагах? Что ты вообще вертишься вокруг меня целыми днями? Я тебе не подружка, ясно?

Назавтра директор центра вызвал Машу и прочитал длинную нотацию, типа такого: внимание свое девочкам надо направлять на учебники и компьютер, или уж на мальчиков-ровесников, но никак не на взрослых девушек, это неприлично, Маша, понимаешь, люди не то подумают...

Маша вышла от директора, и некоторое время двигалась на автопилоте, а руки и губы опять дрожали, дрожали, дрожали, слезы лезли на ресницы, тушь щипала.

- Ты чего? - спросила Ирка.

Хорошо, что на глаза попался козел Голубев. Он шмыгнул в туалет, и Маша закричала ему в спину на весь коридор:

- Голубев, туалет - не зал заседания, посрал - и до свидания!

Ирка захохотала. Маша захохотала тоже, и слезы сразу исчезли.


© Елена ТЮГАЕВА


Перепечатка и любое использование материалов журнала без согласия редакции запрещены!