Наброски - женский литературный журнал
Женский литературный журнал
Главная
Новости
Проза
Статьи
Поэзия
О нас
Ваши истории
К новым авторам
Знакомства
Контакты
Каталог женских и литературных ресурсов
Гостевая книга
Форум
Поиск
Женский литературный журнал
Рассылки Subscribe.Ru
Подпишись на анонсы
новых поступлений

Наш журнал в Twitter

Наш журнал в Вконтакте

Журнал Наброски в формате RSS









Rambler's Top100



Яндекс цитирования

Love.Linx.Ru - Любовь, знакомства, общение

Украинская Открытая Ассоциация Организаций, Групп и Лиц, работающих с детьми, страдающими онкозаболеваниями Жити завтра, Ми поруч, Киев





Неоромантическая история

Дорогая миссис Уоррен, когда вам таскают домашние обеды и предлагают убрать вашу квартиру... Далее могут быть только сексуальные домогательства.


Неоромантическая история

Во дворе стариной федеральной больницы не так давно построили новый современный корпус с видом на старинный сад.


Чего в нем только не растет!? И элегантные клены, и благоухающие липы, и неприхотливый вяз и диковинные для этих мест эвкалипты. А сколько в нем цветов! Пальцев рук и ног не хватит их перечислять! Тут вам и нежные подснежники, и вызывающие нарциссы, и головастые тюльпаны, и скромные ромашки, и царственные пионы, и грациозные розы, и роскошные георгины и пышные хризантемы.

Зимой сад пуст и занесен снегом. Правда, в преддверии Рождества в нем ставят огромную украшенную шарами, огнями, ангелами и прочими безделушками, елку. Тут и Санта - Клаус и уличный театр, и Новогодний базар... Но как только праздник заканчивается: огни тушат, елку убирают, ангелов укутывают в смердящую вату и до весны в саду только снег, уныние и черные скелеты деревьев.


Здание это возвышается над всеми больничными строениями. Своими круглыми, похожими на иллюминаторы окнами и четырьмя трубами, что стоят на ее плоской крыше, оно слегка напоминает погибший "Титаник". Летом трубы поскрипывают на сильном ветру, а зимой источают тонкий белый дымок. Строение это заметно практически со всех сторон невысокого, преимущественно двухэтажного, города Вестауна.


Город уютно расположился на берегах огромной реки, которая называется Шикотан, что значит маленькая. Вестаун чистый, ухоженный и по авторитетному заявлению ЮНЕСКО - самый экологически чистый - город на нашей планете. Возможно, ЮНЕСКО и не врет.

На улицах Вестауна вы встретите больше велосипедов, чем машин. На берегах реки больше рыболовов, чем комфортабельных яхт. Огромный городской парк, который считается одним из самых больших в мире, с утра и до ночи заполнен бегунами, роллерами, любителями пеших прогулок и собачниками, художниками, музыкантами и прочей богемной братией. А сколько в нем белок, барсуков, зайцев, лис. Говорят, что в самой чаще даже живет семья бурых медведей...


Будь то берег реки, тихая городская улица или алея парка, с любой точки вы увидите похожую на Титаник больницу. Она возвышается над Вестауном, как Эйфелева башня над Парижем. Горожане не любят это строение. Особенно его опасаются жители прилегающих улиц. Они считают, что его энергетика несет для них опасность и выдвинули муниципалитету требование понизить им подоходный налог. Муниципалитет это требование отклонил, люди стали съезжать с примыкающих улиц, и хозяева доходных домов вынуждены были опустить цену за аренду квартир, чем привлекли на эти улицы молодежь.


Если подойти к строению поближе, то над его входом с автоматически открывающимися дверями вы увидите аббревиатуру ФОЦ, что значит Федеральный Онкологический Центр. Вот отчего его так боятся и обходят стороной веселые и безмятежные вестаунцы.

Если пройти внутрь ФОЦа, то вы окажетесь в длинном (напоминающим прямую кишку) коридоре, которые приведет вас к скоростным лифтам. Их тут штук пять - не меньше. На какой бы этаж вы не поднялись, везде вас встретит все тот же прямой коридор и множество кабинетов.


Возле крашенных под канарейку стен стоят мягкие стулья, кожаные диваны и велюровые банкетки, на которых сидят хмурые, понурые, мрачные люди - пациенты центра, ожидающие приема к врачу или процедур. Кого только не встретишь среди пациентов ФОЦ! Есть тут и ангелоподобная девочка, и стриженный под "могавка" тинейджер, и напоминающий иконного святого благообразный старичок. В онкологическом центре нехватка касается только медперсонала. Современный, привыкший к удовольствиям, человек на дух не переносит чужие страдания. Не привлекает его даже высокая заработная плата. Поэтому, когда в центр пришла наниматься недавно закончившая медкурсы новая работница, руководитель жутко обрадовался. На следующий день на утренней планерке сияющий как новогодний шар руководитель ФОЦа - высокий, спортивного вида, слегка лысоватый, Вильям Шейкер ярким тенором сказал, обращаясь к подчиненным:


- Дорогие друзья, в наших скромных рядах существенное пополнение. Я хочу представить вам нашего…а точнее - нашу новую работницу - мисс Глорию Вито. Новая работница встала со стула, легонько поклонилась и точно мышь пропищала:

- Добрый день, господа.


Вообще мисс Вито своим длинным лицом и тонким носом, а также узкими плечами и большим задом походила (на стоящую, на задних лапах) мышь. Даже одежда была у нее какого-то серого мышиного цвета и если принюхаться, то можно было уловить, что мисс Вито пахнет заплеснувшим сыром. Определение мисс красноречиво говорило о том, что она еще не замужем, а ее немолодой возраст - о том, что миссис она уже не станет. Но в стране, в которой жила мисс Вито, с ее либеральными устоями и демократическими принципами, отсутствие семьи не только не осуждается, но напротив даже - приветствуется, служит надежным трамплином для карьерного роста.

Как только мисс Вито опустила свой зад на мягкий стул, начальник отделения, пригладив свои жидкие височки, продолжил:


- Мисс Вито, дорогие мои, с отличием окончила медицинские курсы, и по собственному... я подчеркиваю это... по собственному желанию пришла в наш центр! В наше, нужно прямо сказать, сложное направление медицины. Это можно только приветствовать! Руководитель ФОЦа захлопал в ладоши, коллеги поддержали его жидкими аплодисментами.

- Так, что прошу вас, как говорится, любить и жаловать вашего нового коллегу. Уверен, что мы найдем общий язык.

- Миссис Уоррен, - обратился шеф к пожилой видной даме. - Мисс Вито поступает в ваше распоряжение, так что вы уж ее ознакомьте с вашей, если так можно сказать, хитрой кухней.

- Познакомим, не волнуйтесь, - заверила, приятно улыбнувшись, миссис Уоррен. - Тем более что не такая уж она и хитрая.

- Ну, что ж, дорогие коллеги, - поднимаясь со своего стула, произнес мистер Шейкер, - на этом наше собрание можно считать закрытым...


- Пойдемте, мисс Вито, - обратилась миссис Уоррен. Мисс Вито встала и шустро (точно убегая от опасности в свою норку) побежала за своей новой начальницей.

В кабинете остались только руководитель ФОЦа и его заместитель - тучный страдающий одышкой мистер Грейдфул.

- Ну, как работает новый сканер? - Поинтересовался руководитель ФОЦа.

- Хорошо, мистер Шейкер, - жидким, несмотря на тучность, тенорком, ответил мистер Грейдфул. - Прекрасно!

- Я очень рад. Ведь в него вложены такие средства! Мистер Шейкер замолчал и чуть кашлянув, продолжил. - А как вам наша новая работница?

Мистер Грейдфул задумчиво потер свой безвольный подбородок и вместо ответа пожал плечами.

- Вот и я не понимаю, что привело ее к нам в госпиталь?

- Чем же вызвано ваше недоумение, господин Шейкер.

- Да видите - ли, я навел справки... Должны же мы знать, с кем нам предстоит иметь дело!? И выяснил, что до прихода в медицину, мисс Вито занимала ответственную должность в министерстве социального обеспечения. Так какого же черта, я вас спрашиваю, она бросила министерство, пошла на курсы медсестер, а, закончив их, направилась не в обычную больницу, а в наш центр!? Здесь определенно что-то не так!

- Ну почему, - возразил ему мистер Грейдфул, - Женщины народ эмоциональный, совестливый, жалостливый. Потом, может, она из религиозных принципов...

- Я вас умоляю, - перебил его мистер Шейкер. - Из министерства просто так не уходят! Не связан ли ее приход с наркомафией!?

- Что у нас делать наркомафии? - вскинул бровь мистер Грейдфул.

- У вас короткая память, мистер Грейдфул. Вы уже не помните, как несколько лет тому назад был арестован наш уборщик, укравший весь запас болеутоляющего?

- Но то был видный мужчина, а это какая-то серая мышь.

- Вот эта ее внешняя простоватость меня настораживает особенно. Демоны, мистер Грейдфул, как правило, живут под монашескими одеяниями. И потом эта ее итальянская фамилия. Все эти Вито, Корлеоне... Я вас попрошу за ней понаблюдать.

- Без проблем, мистер Шейкер, - мистер Грейдфул вышел из кабинета.


* * *

Прошло несколько недель. Как-то утром мистер Шейкер пригласил к себе в кабинет мисс Уоррен, и обстоятельно расспросив ее о служебных делах, осторожно поинтересовался:

- Ну, как вам наша новая работница?

Миссис Уоррен восторженно закатив глаза, ответила:

- Прекрасная работница, мистер Шейкер! Просто нет слов - с коллегами дружна, с больными обходительна и заботлива. Настоящая прелесть эта мисс Вито. Если бы не телесные и нравственные наказания, что мне пришлось пережить в католической школе и которые отучили меня от веры в Бога, то я бы непременно сказала вам, мистер Шейкер, что мисс Вито нам послал сам Господь. Если так пойдет дальше, то, как бы ее не объявили новой матерью Терезой!

- Даже так! - удивленно приоткрыв свой косоватый левый глаз, воскликнул руководитель ФОЦа - А скажите, не приходят ли к ней подозрительные личности, не замечена ли она в продаже наркотических веществ!?

- Что вы! - замахала на шефа ладошками миссис Уоррен. - Мисс Вито сама невинность и чистота. С чего вы взяли, мистер Уоррен, что она может торговать этой гадостью?

- Ну, как же, миссис Уоррен, разве не помните нашего уборщика с такой же, как у Вито, итальянской фамилией!?..

- Так это же когда было, мистер Шейкер.

- Бдительность никогда не помешает! Так, что вы на всякий случай присмотритесь к ней.

- Хорошо, мистер Шейкер. Обязательно доложу, если вдруг обнаружу что-нибудь, - миссис Уоррен и вышла из кабинета.


* * *

Мисс Вито раньше всех появляется на работе. А, закончив работу позже всех, снимает свой белый халат и набрасывает на худенькие плечи серую кофточку, если на дворе лето или серенькое пальтишко, если на улице зима. Садится летом на велосипед, а зимой в маршрутный автобус и едет к себе домой. Живет она в районе, который носит название Маленькая Италия. Предки мисс Вито перебрались в Вестаун из какого-то бедного пиренейского городка. Дом, в котором сейчас проживает мисс Вито, достался ей от умерших не так давно родителей и представляет собой здание небольшое, но двухэтажное с красной черепичной крышей и выкрашенными живенькой краской стенами. В архитектурных каталогах такие постройки носят название "Casa Italiano". Возле скромных дверей, над которыми висит черепичный козырек и неброский фонарь, разбит шикарный цветник, которому позавидует и ботанический сад провинциального города. Два окна домика мисс Вито с красивыми резными ставнями выходят на тихую тенистую улицу, а два других с огромным балконом - на небольшой дворик с маленьким ухоженным огородом. Летом в нем растут огромные красные сочные помидоры, пупырчатые огурцы, душистые краснобокие перцы, а по специально натянутым веревкам ползет золотистая фасоль. Кроме этого дворик засажен фруктовыми деревьями и весной представляет собой не садик, а свадебную церемонию. Прекрасными невестами стоят одетые в розовые одеяния яблони, а груши похожи на важных женихов. По всему квадрату дворика день и ночь снует разнообразная дикая живость - непоседливые белки, мешкотные еноты, шустрые бурундучки. Но никто из них не причиняет вред огороду и саду мисс Вито. Каждый из них имеет свое имя и свою кормушку для еды.


Внутри дом имеет большую комнату с камином, у которого зимними вечерами мисс Вито то читает женские романы, то что-то вяжет для своих племянников, а то и дремлет вместе с пристроившимся на ее коленях старым котом Дизом. Возле камина стоит небольшое кабинетное пианино, на котором мисс Вито иногда играет и весело поет в унисон со своим ручным попугаем Ники. Большая дверь с матовым стеклом ведет из залы, назовем так комнату с камином, в огромную кухню. Здесь всегда так аппетитно пахнет, что даже если вы, будучи сытым, попадаете сюда, у вас тут же разыгрывается аппетит. И желудок ваш издает звуки, похожие на восклицания: "Есть хочу! Есть хочу!" Мисс Вито славится на всю округу как искусный кулинар. Ее фирменные блюда - запеканка "Свив" и суп "Флери". А если вы подниметесь по лестнице на второй этаж, то попадете в скромно обставленную спальню: трюмо, кровать с крестом у изголовья. Еще две спальни гостевые и предназначены для изредка навещающих тетушку племянников. В третьей разбит зимний (с экзотическими тропическими растениями) сад.


* * *

В конце рабочего дня, у лифта миссис Уоррен остановил, мужчина, что называется, в летах. Миссис Уоррен знала этого человека. Это был муж их самой тяжелой и безнадежной пациентки Бетти Свифт. Мужчина чуть дотронулся плеча миссис Уоррен и на его лице изобразилась извиняющаяся улыбка.

- Не уделите ли секундочку, мадам?

Миссис Уоррен сняла палец с кнопки лифта:

- Разумеется, простите, я запамятовала, как вас зовут?

- Генри Вольф.

Генри хоть и носил фамилию Вольф - Волк, но напоминал скорее (высокий, сутулый с длиной худой шеей) затюканного жирафа.

- Видите - ли, миссис Уоррен, я прожил со своей женой без малого тридцать лет. Женщина она была...

- Почему вы говорите о вашей жене в прошедшем времени, - мягко остановила его миссис Уоррен. - Ваша супруга жива и мы прикладываем все усилия, чтобы она прожила долгую жизнь.

- Миссис Уоррен, - иронически улыбнулся Генри Вольф, - Я с вами согласен - моя жена вполне может прожить долгую жизнь. Но не на этом, а на том свете. Если он, разумеется, существует...

- Ну, что вы мистер Вольф, нельзя отчаиваться.

- Я мыслю реалистично. И хочу быть честен. Я слишком устал от Бетти. Вы знаете, она ведь не давала мне спокойно вздохнуть всю мою жизнь! Я все время должен был куда - то бежать, что-то приносить, что-то покупать, отправлять ее на курорты! Она только что не вытирала об меня ноги, миссис Уоррен. А как измучила меня ее болезнь...

Мистер Вольф замолчал. Мисс Уоррен вздохнула.


Генри Вольф был прав. Бетти Вольф и впрямь ставила на уши не только отделение, где она лежала, но и весь ФОЦ. Даже закаленный мистер Шейкер начинал дрожать при упоминании ее имени.

- И вот, когда я, кажется, почти освободился... - продолжил Генри Вольф. - Когда у меня представилась возможность пожить, в конце - концов, в свое удовольствие. Меня вновь опутывают узами Гименея. И прямо здесь, у постели еще, можно сказать, живой супруги. Это вопиющий факт, миссис Уоррен.

- Я вас не понимаю!? - Направив на мистера Вольфа свои огромные зеленые глаза, воскликнула миссис Уоррен. - Какие узы?! Кто их вам навязывает?

Мистер Вольф не ответил на вопрос, а сказал следующее:

- И ладно бы только мне, миссис Уоррен! Но эти сексуальные домогательства... Да, да! Сексуальные! ...Их навязывают практически всем мужчинам, чьи жены, что называется, дышат на ладан. И ладно бы жены умирающих мужей. Так нет! Их навязывает ваш медицинский работник!

Мисс Уоррен достала салфеточку. Промокнула лоб. Выбросила скомканную салфетку в мусорный бак, поинтересовалась:

- Нельзя ли конкретней, мистер Вольф? Кто в нашем центре навязывает вам... эээ... узы Гименея?

- Медсестра мисс Вито!

"А ведь мистер Шейкер не зря меня предупреждал", - подумала миссис Уоррен.

- Может быть, это акт сострадания, который вы приняли за сексуальное домогательство!? - миссис Уоррен ласково дотронулась руки мистера Вольфа. - Вы устали во время болезни вашей жены. Нервы напряженны. Фантазия обострена...

- Я, конечно, устал, - вырвав свою руку, согласился Генри Вольф, - но не до такой степени!

- И каким образом выражается это домогательство? Она, предлагала вам интимные отношения!?

Мистер Вольф лукаво взглянул на собеседницу и ответил.

- Знаете, дорогая миссис Уоррен, когда вам таскают домашние обеды и предлагают убрать вашу квартиру... Далее могут быть только сексуальные домогательства. А они мне, уж простите, с такой невыразительной дамой, как мисс Вито, ни к чему. Я, миссис Уоррен, не беспокойтесь, не стану поднимать шум, но другие могут! Лучше вам избавиться от нее, миссис Уоррен.

Мистер Вольф прислушался:

- Мне нужно идти. Меня зовет Бетти.

Миссис Уоррен услышала требовательный женский голос:

- Генри, где ты!? Генри сейчас же сюда!


* * *

Миссис Уоррен спустилась в гараж. Села в машину, но поехала не домой. Пропетляв по улицам, она выехала в район Маленькая Италия и припарковала свой "Форд" у роскошного цветника. Дверь открыла с лучезарной улыбкой мисс Вито.

- Миссис Уоррен, какой сюрприз! Как я рада! Проходите, пожалуйста, миссис Уоррен. - Любезно пригласила хозяйка. - Располагайтесь. Чай? Кофе? Сок?

- Если можно, чай.

- Я сегодня как раз купила прекрасный цейлонский.

Мисс Вито вышла на кухню. А из открывшейся двери на миссис Уоррен пахнуло такой вкуснятиной, что она подумала: "Ну и дурак этот мистер Вольф, если отказывается".

- А вот и чай. - в двери уже стояла с огромным подносом мисс Вито.На нем красовались: серебряный чайник, розетка с вареньем, вазочка с конфетами и блюдо с аппетитными пирожками.

Когда был выпит второй стакан бодрящего чая и съеден пятый пирожок, миссис Уоррен решилась начать неприятный разговор, но никак не могла найти подходящие слова.

- Не напрягайтесь, миссис Уоррен! Да, я действительно, навязывалась и мистеру Вольфу, и мистеру Бейкеру, и мистеру Дайсону... Я действительно носила им обеды. Предлагала помощь по дому. Но только это вовсе не то, о чем вы можете подумать, миссис Уоррен. Только не это. Я ведь еще... вы не поверите, миссис Уоррен... Девственница. Хотя мне уже... да вы и сами знаете, сколько мне... знаете из моего досье.

- Но зачем вам это нужно, мисс Вито? Я имею ввиду этих.. мистера Вольфа, и других?!

- Ответ на ваш вопрос, дорогая моя, кроется в определении мисс. - грустно улыбнулась хозяйка. - Я хочу замуж. Хочу детей. Семью. У меня ведь итальянские корни, миссис Уоррен. А у нас, итальянцев, семья это самое главное. Я потому и ушла из министерства в ФОЦ. В надежде, что смогу познакомиться с вдовцом и создать семью. Звучит это кощунственно, но вы должны меня понять.

- Конечно. - горячо заверила собеседницу миссис Уоррен. - Я вас очень понимаю, но я не понимаю, зачем вам связываться с мужьями наших умирающих пациенток? Ведь в мире полно холостых мужчин.

- Согласна, миссис Уоррен их много, но они или намного моложе меня или намного красивее. Можно найти, конечно, и пожилого холостяка. Но они уже настолько привыкли к одиночеству, что их раздражает даже малейшее присутствие постороннего человека. Другое дело вдовец, который прожил двадцать лет в семье. Он уже настолько к ней привык, что для него потеря супруги - настоящая катастрофа.

- Вы так думаете? - Иронично улыбнулась миссис Уоррен.

- До последнего времени, да. - грустно вздохнула миссис Вито. - Но теперь вижу, что я ошибалась. Все мужчины, которым я оказывала внимание, желают поскорей остаться одиночками. Им уже далеко за пятьдесят, а они ведут себя так, как будто собираются жить вечно!

- Ах, вы правы, - грустно сказала миссис Уоррен, - Но что, если дойдет до широкой общественной огласки? Ума не приложу. Что мне делать!?

- Я жутко перед вами виновата, миссис Уоррен, мне так, право, стыдно. Я вас подвела. Простите меня, миссис Уоррен, и поступайте со мной, так как вы считаете нужным.

- Дорогая моя, разве горячее желание иметь семью и детей является атавизмом! Нет! Нет! И нет! Вы ни в чем не виновны, мисс Вито. И я не буду давать ход этому делу.

- Спасибо, миссис Уоррен. - Заплакала мисс Вито.

- Но чтобы нам подстраховаться. На всякий случай, если вы, разумеется, согласны… - и миссис Уоррен принялась посвящать хозяйку дома в детали своего плана.


* * *

Кладбище города Стонтауна (который расположен на берегу живописного озера под названием "Божья росинка") принадлежит муниципалитету и потому это хорошо оплачиваемое место. Кладбищенские работники, что крайне редко для предприятий г. Стонтауна, имеют свой профсоюз, а через него бездну всяческих социальных льгот. Однако, текучесть кадров здесь крайне высокая. Все - результат дурной кладбищенской славы. Приведения, как утверждают оставившие службу работники, ходят по его территории целыми толпами! Например, на старом участке кладбища часто раздается топот копыт, скрип то ли телеги, то ли кареты и чей-то гундосый баритон кричит идущему по алле работнику:

- Посторонись!

Испуганный работник не то, что сторонится. Он со всех ног бежит в центральную контору и дрожащей рукой пишет заявление об увольнении.

И это еще не все. На закате, прямо у кладбищенских ворот появляется странно одетая женщина и начинает настойчиво звать какого-то Куини.

Ее зов слегка напоминает, не обитающую в здешних местах, кукушку:

- Ку-и-ни. Ку-и-ни.

Как-то только что принятый на службу работник, по фамилии Клуни услышав этот призыв, так испугался, что без чувств рухнул на кладбищенскую аллею. Боже мой, если бы не случайно проходивший визитер, то неизвестно чем бы все это закончилось!

По счастью, для мистера Клуни, все завершилось благополучно. Чего, впрочем, не скажешь о кладбищенской администрации. Для того чтобы замять это громкое дело ей пришлось выплатить господину Клуни финансовую компенсацию. С тех самых пор кладбищенское руководство не берет на службу людей не только с фамилией Клуни, но и тех, чьи фамилии начинаются на букву К.

А во всем остальном кладбище крайне симпатичное. Старинные деревья, дикие цветы, мирный щебет птиц...


В первый понедельник календарной зимы, в 8:30 утра, высокий, плотный, напоминающий кладбищенский памятник директор погоста мистер Майкл Фосберг начал планерку. Прежде чем начать свою речь он озарил коморку улыбкой и сказал:

- Дорогие друзья, сегодня я хочу представить вам нашего нового работника мистера, - Фосберг поставил ударение на первом слоге, - БОриса Московича.

С твердой скамьи поднялся невысокий пухленький человек с длинным мясистым носом и виновато поджатыми губами, над которыми топорщились редкие усы.

Кротким взглядом (глаза были крупными и влажными) обвел своих новых товарищей. Сложил на груди своей маленькие ручки и тихо пропищал:

- Добрый день.

Сидевший напротив него бригадир Вильям Брейк подумал:

"На кого похож этот тип? Боже мой, такое знакомое лицо. Так на какого же?..

Наконец мистер Брейк вспомнил и про себя воскликнул: "Да он же точная копия сурка Фила!" А мистер Фосберг тем временем продолжал:

- Хочу вам сообщить, друзья мои, что мистер Москович закончил с отличием курсы бульдозеристов и после их завершения по собственному! По собственному! Я еще раз подчеркиваю по собственному желанию... пришел к нам. Не слушая сказки пугливых граждан.

Борис кивнул.

- Мистер Брейк, - начальник обратился к бригадиру, - Новый работник поступает в ваше распоряжение. Все свободны, а вас, мистер Брейк, я попрошу на секундочку задержаться.

- Настораживает меня наш новый рабочий, - неожиданно сказал подчиненному Фосберг. - Я навел справки и выяснил, что Борис Москович неожиданно оставил должность работника аналитического центра влиятельной организации и подался на курсы бульдозеристов. И это бы еще ничего, в конце концов - бульдозеристы нынче нужнее аналитиков, но почему после курсов он сам попросился в наше учреждение?! Нет ли здесь руки наркомафии?

- Бог с вами, мистер Фосберг, - сплюнул через левое плечо бригадир. - Что у нас делать наркомафии!?

- Ха! Разве вы позабыли нашего копателя, этого колумбийца - Мануэля Хуанеса!?

- А кто это?..

- Он прятал в урны для праха... кокаин! Впрочем, это было еще до вашего устройства на наш погост. В данном же случае у меня нет сомнения, что нами заинтересовалась русская мафия. Одним словом, я попрошу вас: контролируйте каждый его шаг!


Прошел месяц, второй, третий, и уже наступила весна. В здешних краях она приходит, и без предсказаний суслика Фила, необычайно рано. Во второй половине февраля уже все кладбище утопало в мимозах. Мистер Фосберг так и не дождался доклада, поскольку Борис Москович показал себя работником хоть куда.

Борис Москович уходит с работы позже всех, живет в односпальном уютном кондоминиуме, который купил по случаю у банка. Дома он в первую очередь идет на кухню. Вытаскивает из холодильника кусочки сыра, колбасные обрезки, корочки хлеба и идет в зал. В буфете, где люди обычно держат хрусталь и фарфор, у Бориса живут... крысы. Грызуны, приветствуют хозяина веселым дружным писком. Борис ставит для них тарелочку с кормом. Крысы аппетитно кушают, а Борис почесывает спичкой их лоснящиеся спинки. Покончив с кормлением питомцев, он сам принимает за ужин. Обычно это борщ. Борис готовит кастрюлю на два дня. Поэтому каждый третий день прежде, чем ехать домой, он заезжает на небольшой рынок. Придя с базара, раздевается. Аккуратно вешает свою одежду... достает из матерчатых сумок (Б. Москович горячий защитник природы и полиэтиленовыми пакетами не пользуется) все привезенное из магазина. Надевает передник со Шварцнейгеровскими мышцами на лицевой стороне. Обвязывает веревочками животик. Набирает в кастрюлю воду и когда она начинает кипеть, бросает в нее сахарную косточку...


Когда утомленные ингредиенты отдыхают в жаркой и аппетитной "ванне", Боря снимает передник и надевает махровый халат. Долго трет (так как жутко боится микробов) мылом руки. Потом долго и тщательно их вытирает. Наконец, смочив руки одеколоном, выходит из ванной и возвращается в кухню. Достает из хлебницы черный хлеб, а из холодильника - графинчик с водкой. Обедая, кладбищенский бульдозерист от удовольствия крякает и хрюкает. Затем берется за вечернюю газету и полчаса, икая, утоляет голод информационный. Покончив с новостями, тщательно моет посуду, и направляется в свой кабинет, который от пола до потолка заставлен куклами. Изготовление кукол - давнее и неистребимое увлечение Бориса Московича. Этому занятию давным-давно Бориса научил его сосед по коммуналке - работник известного кукольного театра Исаак Самуилович Двухбабный. Сначала Боря просто помогал Исааку, а вскоре превзошел его по всем статьям. Б. Москович вполне мог бы стать кукольником мирового уровня, но не стал. По совету своей недавно скончавшейся любимой мамы он поступил на математический факультет университета. Закончил и много лет проработал в НИИ, из которого и иммигрировал.


Прежде, чем приняться за работу Боря ставит диск со своей любимой симфонией и надевает на переносицу очки. Садится на стул, и подвинул к себе еще незавершенную куклу. Борис не копирует известные куклы, а создает свои. Как правило, - это люди, которых кладбищенский работник случайно повстречал на базаре, на улице, в подземке. Есть у него носато-усатая кукла "Мексиканский Дон" эту куклу Борис создал по образу и подобию продавца фруктовой лавки. Есть "Черная Королева" - ее он скопировал с квартирного агента, которая продавала Борису его кондоминиум...


* * *

Во второй половине дня бригадир кладбищенских рабочих Вильям Брейк сменил рабочую одежду на цивильную и вышел на освещенную закатным солнцем автомобильную стоянку. Мистер Брейк направился к своей (со знаком рогов дьявола на капоте) "Toyota", когда ему неожиданно преградила путь незнакомая дама. Сердце у мистера (хотя он и не верил в приведенья) почему-то екнуло.

- Добрый вечер, мистер Брейк, - решительно поздоровалась дама.

Мистер Брейк облегченно вздохнул: "Голос для привидения слишком звонкий".

- Миссис Сюзан Бойлер, - Представилась незнакомка.

- Я вас слушаю, миссис Бойлер.

- Видите ли, мистер Брейк, у меня к вам необычная просьба.

Мистер Брейк внимательно посмотрел на собеседницу и уклончиво пообещал:

- Все, что в моих силах!

- Мистер Брейк, я бы хотела, чтобы вы оградили меня от домогательств!

- Простите, мадам, - удивленно заморгал глазами бригадир. - От чьих!?

Произнося это, мистер Брейк вспомнил о призрачном вознице, что кричит на прохожих: "Посторонись!"

- Я поясню, мистер Брейк! Непременно! Я, безусловно, любила своего покойного мужа Рони, но скажу вам, положа руку на сердце, это был еще тот типчик! И это ему не так, и то не этак! И где ты была? И почему суп пересоленный! Вы не поверите. Я ничего не могла купить самостоятельно! Простите, но даже нижнее белье покупал мне Рони. И вот его не стало. Я поверьте мне, мистер Брейк, очень горевала, что осталось одна. Очень! Но вскоре поняла, что это совсем не так уж худо - жить одной. Я вам даже скажу, что в известном смысле стало... гораздо легче. И только я к этому привыкла. Только я обрела покой в моем сердце, как ко мне вновь лезут с домогательствами, ну вы понимаете?

- Пардон, - виновато улыбнулся бригадир. - Не могли бы вы уточнить, что за характер носят домогательства и от кого конкретно исходят?

- Уверяю вас, не от духа святого. От работника вашего ведомства. От мистера Московича!

Бригадир изумленно уставился на мисс Бойлер.

- Тут какое-то недоразумение.

- Нет, это именно так, мистер Брейк! Он постоянно предлагает мне помощь по дому. То что-то покрасить, то что-нибудь починить...

Мистер Брейк мило улыбнулся и кротко произнес:

- Побойтесь Бога, мадам. Ведь это же простое человеческое участие. Он знает, что вы живете одна. Нуждаетесь в мужской помощи. Мистер Москович, по своей природе, очень добрый и отзывчивый человек. Можно даже сказать... святой.

- Хо-хо, мистер Брейк! - рассмеялась Сюзан, - я прожила с мужчиной 20 лет и святостью меня не обманешь! Вам нужно незамедлительно избавить нас от этого типа. Иначе здесь может возникнуть комитет по защите сексуальных прав вдов.

- Даже так? - Мистер Брейк испуганно посмотрел на окно своего непосредственного начальника.

- Именно так! - вскрикнула Сюзан. - Ибо от домогательств вашего "святого" страдаю не я одна!


Уже через десять минут машина мистера Брейка остановилась возле высотного дома.

Кладбищенский бригадир вошел в подъезд.

"Чем это пахнет, - принюхиваясь в квартире Московича, думал Вильям Брейк. - Где я уже встречал этот запах. Где? А, на ферме! Здесь пахнет фермой. Нет, все-таки не зря он похож на сурка".

Мистер Москович, как видно заметил шевеление ноздрей своего начальника и пояснил:

- У меня крысы, мистер Брейк.

- Почему же вы не вызываете санитарно - эпидемиологическую службу?!

- Что вы, мистер Брейк, мои крысы безопасны. Они декоративные.

- Вот как.

- Пойдемте, я их покажу, мистер Брейк, это умные, добрые, изумительные существа. Одна беда - живут они всего лишь три года. Только привыкнешь, по-настоящему полюбишь, как уж нужно прощаться...

- Нет, как-нибудь в другой раз! - запротестовал Брейк. - Лучше-ка поговорим вот о чем.

Мистер Брейк задумался.

- Я сам начну, мистер Брейк. - поспешил ему на помочь хозяин апартамента. - Я знаю, о чем вы хотите говорить. Да, я пристаю к нашим клиенткам. Я понимаю, что я не прав. Я понимаю, что превышаю полномочия. Но дело в том, мистер Брейк, что я делаю это не для того чтобы получить от них сексуальное удовлетворение...

- Тогда какого дьявола вы к ним пристаете!? - перебил Брейк.

- Я не пристаю, мистер Брейк. Я предлагаю.

- Предлагать, мистер Москович, может только кладбищенская администрация! - уверенно воскликнул бригадир.

- Предлагаю себя в качестве мужа. Хочу жениться, мистер Брейк. Просто мечтаю жениться! Построить надежную семейную гавань. Детей завести, наконец. Мне уже столько лет, что пора иметь внуков, а у меня еще нет детей! И это не нормально, мистер Брейк. Я вырос в большой семье. Вы знаете, еврейские семьи всегда большие… И у нас, у евреев, мистер Брейк, на первом месте стоит семья: мама, папа, дети, суббота. Но я, правда, ее не соблюдаю и люблю борщ со свиными шкварками, что архи-греховно, но! И еще раз но! Всю жизнь я искал жену, и мама ее искала. Но вы посмотрите на меня мистер Брейк! Женщины любят яснооких и широкоплечих. Я, увы, не обладаю этими параметрами. Кроме того, современные женщины предпочитают независимость и альтернативную любовь. Вот поэтому я до сих пор одинок. Но я не теряю надежды, мистер Брейк, нет, нет и нет. Я верю в судьбу!

- Но почему вы ищете свою судьбу на своем рабочем месте? - удивился бригадир. - Согласитесь, что кладбище служит несколько для иных целей.

- Видите - ли, мистер Брейк, в бары и танцевальные клубы ходят, как правило, похотливые особы, которых не интересует брак. А наши клиентки прожили с мужчинами по двадцать, тридцать лет. Срок немалый! Они привыкли к мужчине. Им нужна мужская поддержка. Поэтому для создания семьи в моем случае... вдовы - оптимальный вариант.


Прощаясь в этот раз, мистер Брейк пожал руку Московичу не только как своему подчиненному, но как союзнику и даже другу.


* * *

В городе Иствуд, что расположен на берегу небольшой реки с величественным названием "Шастинго" (что означает "Могучая") так мало достопримечательностей, что к ним относят даже выполненную в викторианском стиле психиатрическую клинику.

Восточными окнами здание лечебницы смотрит на накренившуюся еще даже более, чем пизанская башня, кирпичную трубу давно не работающей котельной. Западные окна лечебницы выходят на унылый, как и обитатели лечебницы, сад. Нет здесь роскошных кленов, нет эвкалиптов, а торчат только несколько худосочных елок, пара корявых берез, да цветут какие-то неинтересные лютики.

В эту клинику свозят больных не только округа Холиленд, в котором расположен город Иствуд, но и еще пяти округов. Пациентов в клинике не много, потому что федеральный судья мистер Джонни Греймур строго следит за работой психиатров всей страны. Поэтому вы встретите на улицах страны больше сумасшедших, чем в психиатрических клиниках. Это создает массу неудобств, но судья Греймур рассуждает так:

- Лучше неудобства, чем заточение хотя бы одного здорового человека в желтый дом. И добавляет. - Знаем мы этих психиатров!

Оттого, что людей в клинике мало, их бывает трудно разбить на группы психологической поддержки. Вот и сегодня руководительница шизофренического отделения миссис Берта Тейлор столкнулась с этой проблемой. Новеньких поступило семь человек, а не, скажем, десять. Так, что разбить их на две группы по 5 не представлялось никакой возможности. Можно было разбить на четыре и три, но это было бы прямым нарушением инструкции. Миссис Тейлор решила поступить таким образом. Она построила новеньких по росту. Отсчитала пять человек, а двум самым маленьким - мужчине и женщине - сказала:

- А вы, пока мы не подберем вам группу, поработаете вдвоем, господа, вы согласны?

- Я только за, - ответил мужчина.

- И я не против, - смущенно улыбнулась женщина.

- Ну, вот и прекрасно! - расцвела в улыбке миссис Шейкер.

- А теперь протяните друг - другу руки и познакомьтесь.

- Борис Москович, - сказал мужчина.

- Глория Вито, - слегка пожав мужскую ладонь, отрекомендовалась дама...


Выйдя через месяц из клиники, Борис Москович переехал к в Вестаун - в домик к своей супруге Глории Вито.


© Владимир САВИЧ


Перепечатка и любое использование материалов журнала без согласия редакции запрещены!