Наброски - женский литературный журнал
Женский литературный журнал
Главная
Новости
Проза
Статьи
Поэзия
О нас
Ваши истории
К новым авторам
Знакомства
Контакты
Каталог женских и литературных ресурсов
Гостевая книга
Форум
Поиск
Женский литературный журнал
Рассылки Subscribe.Ru
Подпишись на анонсы
новых поступлений

Наш журнал в Twitter

Наш журнал в Вконтакте

Журнал Наброски в формате RSS









Rambler's Top100



Яндекс цитирования

Love.Linx.Ru - Любовь, знакомства, общение

Украинская Открытая Ассоциация Организаций, Групп и Лиц, работающих с детьми, страдающими онкозаболеваниями Жити завтра, Ми поруч, Киев





Игры моей злодейки

Я считала, что многое знаю о поцелуях. Оказывается, не знала ничего. Голова кружилась. Щеки пылали. Сердце выпрыгивало из груди. Оказывается, я его хотела как никого никогда. Черт, черт, черт - я ведь знаю его два дня! Я вцепилась в его плечи, чтобы оттолкнуть. А вместо этого сильнее прижала к себе.


Игры моей злодейки. Часть 2
Часть 2

- Привет. Я Лада, - представилась я. - Приятно познакомиться.

"Еще как приятно", - крутилось в моей голове.

Он кивнул, взял мой чемодан, и повел к выходу. На улице к этому времени уже стемнело. Воздух был другой - более влажный, но приятный, о чем не преминула сообщить новому знакомому.

- Здесь же океан, - ответил Николай.

Мы направились к стоянке, я зябко поежилась. Было прохладно, дождь накрапывал.

- А в каком районе ты нашел мне квартиру? - полюбопытствовала я.

Николай довольно усмехнулся:

- В Бруклине. Ты будешь жить между авеню Tи U. Дом 9. Запомнила?

По-моему, он надо мной издевался.

- Ага, - я решила блеснуть эрудицией и добавила,- Слышала, что Бруклин самый густонаселенный район Нью-Йорка. Правда?

- Правда, - ответил он.

Мы подошли к белому огромному джипу. Я присвистнула.

- Какой красивый. Твой?

Он кивнул и подошел к багажнику.

Пока он упаковывал мой чемодан, я уселась на переднее сиденье и осмотрелась. Салон был идеально чистым, пахло апельсинами. Когда мы выехали с парковки, я с наслажденьем поерзала. Сиденье с подогревом - просто кайф.

- Ты будешь жить в спальном районе. Обещаю - будет тихо, - он рассмеялся, видимо довольный собой, и тут же спросил без перехода - насовсем приехала?

- Одичала я, что ли... Мне и дома хорошо.

Он бросил удивленный взгляд и коротко спросил:

- Какова тогда цель приезда?

- Машину купить.

- Ты перелетела океан, что бы купить машину? - недоверчиво спросил мой красивый спутник, сворачивая на мост.

Я кивнула.

- Ну и дура. Можно было дилеру заказать.

- Дилеры ломят втридорога, а потом утопленную пришлют, или вовсе кинут, - я жестикулировала, доказывая свою правоту.

- Точно дура, - он покачал головой.

Я пораскинула мозгами, поставила себя на его место и невольно согласилась. Действительно, глупо. Ни родственников, ни друзей здесь у меня не имеется, на английском могу безошибочно произнести не больше десятка фраз. А с другой стороны, такой шанс не всем выпадает - побывать на другом конце мира, да еще с оплаченными командировочными. Так что, поразмыслив, я вздернула выше нос и ледяным тоном выдала:

- Зато я Родину не предавала.

Он запрокинул голову и рассмеялся. Заливисто. А я отвернулась к окну, скрестив руки на груди.

- Родина тебя не забудет, Лада, - лукаво сказал Николай.

Он первый раз назвал меня по имени. У него это получилось по-особому нежно, как будто ванильное мороженое таяло на языке. Я предпочла не обольщаться на сей счет, и перевела тему:

- Давно здесь?

- Чуть больше десяти лет.

От удивления я присвистнула:

- Ничего себе. Да ты уже местный. Расскажи про Нью-Йорк.

- Город построили лет четыреста назад. Сейчас он состоит из пяти районов: Бронкс, Бруклин, Квинс, Манхэттен и Статен-Айленд.

- Это все? - удивилась я. Красноречием американец не страдал.

- Все, - подтвердил он.

- Чем занимаешься?

- У меня фирма по сантехническим работам.

- Унитазы ставишь?

- Точно.

Я посмотрела на дорогу. Мы ехали по какому-то мосту. Мелькали огни фонарей, все остальное было погружено во тьму. Я наконец осознала, что нахожусь в другом городе, в другой стране, да что там... На другом материке! В животе что-то сжалось в тугой комок от предвкушения. Наверное, это и есть мгновения счастья. Усталость как рукой сняло.

- Чем ты занимаешься? - с усмешкой спросил Николай.

- Детей учу.

- Училка?

Я снова обиделась:

- Учитель биологии. У меня дети на областных олимпиадах побеждают.

- Ооо, - протянул он, и переменил тему, - Замужем?

- Нет, - смущенно ответила я.

- Чего?

Я пожала плечами.

- А ты?

Он мельком взглянул на меня и опять сосредоточился на дороге:

- Разведен.

Это меня порадовало.

- Не сошлись характерами? - замерев на мгновение, спросила я.

- Скорее, не сошлись любовниками. Я ее поймал. Как в анекдоте...

- А почему ты решил мне помочь?

Он побарабанил костяшками пальцев по рулю:

- Соотечественницам нужно помогать. Тем более девушкам. Красивым...

Я всегда неадекватно реагирую на комплименты от малознакомых мужчин. Не верю им, поэтому скорчила рожицу.

Он невозмутимо произнес:

- Мы уже почти приехали. Поищем парковку.

Я огляделась. Вдоль улиц стройными рядами стояли автомобили. Припарковаться в районе, где я буду жить, оказалось проблематично. Мы кружили минут пятнадцать.

Наконец Коля открыл багажник и достал мой чемодан. Я тем временем вышла из машины и внимательно ее осмотрела.

- Забыла спросить, а какой марки у тебя машина? - я сосредоточенно потерла пальцем зеркало. Вытерла пыль.

- А ты не видишь? - приподнял он бровь.

- Я должна увидеть? - удивленно уточнила я.

- Подожди, кажется, ты приехала покупать автомобиль. Так? И ты спрашиваешь меня, какой марки эта машина?

- Нууу... - протянула я, - Я не очень сильна в автомобилях. Отечественные знаю, а с иностранными... беда.

- Ты сильно расстроишься, если я засмеюсь? - спросил он, и заржал во весь голос. По- другому, его смех я назвать не могла. Еле отдышавшись, выдавил:

- Ты неповторима. Я за год столько не смеялся. Ладно, пошли, - одной рукой он тащил чемодан, второй взял меня под локоть и мы гуськом направились к шестиэтажному жилому дому.

Дом был похож на наши хрущевки, только из красного кирпича. Отличался обилием пожарных лестниц и узкими пластиковыми окошками.

Квартира, которую снял Николай, находилась на третьем этаже. Он отпер замок, и дурашливо распахнул дверь:

- Прошу, мисс.

Я зашла и огляделась. Просторная прихожая с белым кожаным диваном и большим зеркалом. На спинке дивана лежали ковбойские шляпы. Я насчитала семь. Напротив входной двери - уютная гостиная. Справа огромный аквариум с пятью рыбами. Слева от аквариума примостился угловой диван песочного цвета, рядом стеллаж с дисками. Странные хозяева, подумалось, сдают прямо с личными вещами. Ладно, пойду спальню гляну. Спальня поразила размерами кровати - почти во всю комнату.

- Матрац здесь хороший.

Я обернулась. Америкос стоял, привалившись к косяку.

- Что же в нем хорошего? - я пощупала.

Он взял пульт с комода и нажал кнопочку. Изголовье начало подниматься.

- Мама дорогая, - прошептала я.

- Еще его можно сделать помягче или тверже. Ты как любишь? - спросил он, пристально глядя мне в глаза.

- Помягче, - пролепетала я, а руки предательски задрожали.

"Эй, подруга, полегче, ты знаешь его часа два и готова прыгнуть с ним в кровать. Вот что воздержание делает с приличными женщинами!"

Он потыкал кнопки.

- Ну вот. Мягкий.

- Спасибо.

Я вспомнила, что надо распаковать вещи. Подошла к встроенному шкафу слева от кровати. И от неожиданности онемела. Шкаф был забит мужскими вещами.

- Эээээ... Что это?

Николай лениво наблюдал за мной, не меняя положения тела.

- Вещи.

- Чьи вещи, - испуганно смотрела я на него.

- Мои.

- К-к-как твои? - кажется я начала заикаться.

- Видишь ли, забыл тебе сказать - я здесь живу.

- А где тогда живу я? - я абсолютно ничего не понимала.

- Видимо, тоже здесь, раз я привез тебя сюда, - он отвалился от косяка и скрестил руки на груди.

- Ты хочешь сказать, что я живу с тобой? - срывающимся голосом пропищала я.

- Да, ты живешь со мной.

По-моему он издевался. Это шутка такая. Ладно, возьму паузу. Такой неожиданный поворот событий надо тщательно обдумать. Я молча достала из чемодана сменное белье, халат и пулей понеслась в ванную. Он посторонился, пропуская меня.

- Классные трусики, - неслось вдогонку.

- Могу подарить! - крикнула я в ответ, залетела в ванную, и со всей силы захлопнула дверь.

Сказать, что я была зла - ничего не сказать. Я была в бешенстве. Нахожусь неизвестно где, неизвестно с кем, и ничего не могу изменить. Даже квартиру снять не могу, потому что не знаю, как. Понадеялась на других, и вот результат. Я машинально подняла крышку и села на унитаз. О, Боже! Я соскочила с него и от неожиданности заорала.

- Что случилось? - услышала из-за двери.

- Унитаз. Он го-го-горячий, - мое сердце не выдержит всех происшествий.

Я сойду с ума. Нет, у меня будет разрыв сердца и меня похоронят здесь, закопают в чужом городе, в чужой стране. Мне стало жаль себя. Я села на пол и заревела.

- Тьфу ты. Забыл предупредить. Сиденье нагревается, что бы приятнее. Эй, тычего? Ноешь, что ли? Успокойся. Мойся быстрей, ужинать будем.

Я услышала удаляющиеся шаги. Встала, посмотрела на себя в зеркало и недовольно фыркнула, глядя на свое отражение. Чего только со страху не привидится. Подумаешь, унитаз горячий, а квартиру найду завтра, в крайнем случае, в гостиницу перееду: Маруся дала достаточно денег, и своя заначка неплохая - три года на черный день собирала.

Я разделась и встала под душ. Надеюсь, здесь не будет никаких сюрпризов. Усталость блаженно стекала вместе с водой. Вымылась я без приключений и через полчаса сидела в пушистом халате на кухне за дубовым столом.

- С легким паром, - мой новоявленный сосед накрывал на стол.

- Спасибо, - я подвинула к себе тарелку с картошкой, - Сильно проголодалась.

- Ешь, мне нравятся девушки с хорошим аппетитом, - он разлил в бокалы белое вино.

- А еще какие нравятся? - я пригубила вино.

Наверняка у него много девушек. Мне с моим везеньем не светит быть рядом с таким красавчиком. Хотя... Поживу-ка с ним, а на сэкономленные деньги накуплю кучу фирменной одежды. Поиграю с ним немного, пофлиртую, сама удовольствие получу, и спесь его собью. А то сидит такой холеный, довольный собой. Противно!

- Дуры мне точно не нравятся, - сбил он мои мысли, и тут же предложил тост: - Выпьем за умных. Осушил свой бокал в два глотка.

Это что сейчас было?! Оскорбил меня или сделал комплимент?

- Вот ты сказала, что не разбираешься в марках машин, а в чем еще ты не разбираешься, - через минуту поинтересовался он и опять приналег на вино.

Я вздохнула:

- Еще у меня топографический кретинизм.

Он полюбопытствовал:

- Тебе врачи поставили диагноз, что ты кретинка?!

- Сама себе поставила, - я подтащила тарелку с фруктами поближе, достала самую большую дольку апельсина и сунула в рот, - Не ориентируюсь на местности, плохо запоминаю дорогу... До 13 лет меня мама водила в школу, сама я терялась. Всем двором искали. А школа в двух кварталах была...

- Тяжелый случай, - Николай встал и достал турку - кофе хочешь? Турецкий.

- Хочу, - ответила я и продолжила, - И еще у меня есть один маленький недостаток. Вернее не совсем у меня...

- Не томи.

- Когда я нравлюсь мужчине, или он мне симпатизирует, происходят необъяснимые явления.

- Не понял, - бросил он коротко, и разлил кофе по чашкам. От аромата захватило дыхание.

Я покорно опустила голову и начала делиться воспоминаниями:

- Первый раз меня пригласил на свидание рыжий Петька из одиннадцатого класса. Я в десятом училась. Полдня наводила марафет. Вышла из подъезда вся сияющая и довольная, алое платье попу еле прикрывает, лаковые туфельки, белые волосы на ветру развеваются. Петька стоял возле кустов на углу. И тут на меня сверху упали крупные капли. Дождь пошел, подумала я. Подошла к Петьке, а он ржет! Ржет как конь и пальцем в меня тычет. Чистый придурок, обиделась я, размахнулась и стукнула его по голове сумкой. Пряжка на сумке попала в глаз. Петька заорал. Дворовая шпана, сидевшая на скамейке под тополем, гроздьями посыпалась от смеха. Я гордо развернулась на каблуках и потрогала волосы - подумаешь, дождь. Посмотрела на пальцы - даа… Видимо, крупный голубь справил нужду. Еще больше рассердилась, а под руку опять попался Петька. Огрела его еще раз и поплыла домой. С тех пор Петька в нашем дворе не появлялся.

Я допила кофе и прикидывала, стоит ли рассказывать дальше.

- Продолжать?

- Конечно,- он задумчиво водил пальцем по ручке чашки.

Я почувствовала разливающееся тепло внизу живота и торопливо продолжила:

- Около года меня не тянуло встречаться. Пока не наступила весна. Я бесцельно бродила по парку, мечтала. Неожиданно услышала грозный крик, меня резко толкнули в спину. Я упала на асфальт, а сверху навалилось что-то тяжелое. Оказалось - наехал велосипедист. Парень быстро вскочил, отряхнул колени и испуганно вытаращился. Очнулся минут через пять. Помог встать. Бесцеремонно ощупал - ноги, руки - все вроде цело. Разодранные коленки и ладошки в расчет не принял. Настала моя очередь вытаращиваться. На вид ему было лет двадцать, огромные серые глаза, светлые волосы торчали ежиком. Я решила, что это судьба. Любовь-морковь. И он, видимо, так решил. Пригласил меня в кино. В середине фильма на самом интересном месте вдруг странно захрипел. Подавился моим любимым шоколадным поп-корном. Я похлопала по спине, дала воды. Безрезультатно. Он беспрестанно кашлял. Из зала пришлось выйти как раз на постельной сцене. Парень-кассир подбежал, схватил его под мышки и резко начал сжимать грудную клетку. Откачал, и мы тоскливо разошлись по домам. Вася позвонил через неделю и пригласил к себе. Минут десять мы целовались в прихожей, потом переместились в зал. У меня пересохло в горле, попросила воды. Он принес, по пути отхлебнув глоток. И... - я захихикала. По прошествии времени смешно вспоминать. Но тогда воспринималось иначе.

- Подавился, - догадался Коля.

- Я скорую вызвала. Он не мог откашляться! Естественно, смысла оставаться больше не было, и я отправилась домой. Он и потом звонил пару раз, но я была непреклонна. А вдруг в следующий раз не спасут?

Я предложила перебазироваться в зал. Мы захватили с собой початую бутылку вина и коробку конфет. Вечер за болтовней пролетел быстро - я делилась своими несчастьями, и с каждой историей его улыбка становилась шире.

- Расскажи теперь о себе, - мне надоело сидеть на диване, и я сползла на полосатый ковер с огромным ворсом.

- У меня не такая насыщенная жизнь, - он удивленно бросил взгляд на бутылку - она была пуста. - Родился в нашем славном городе, учился во второй школе. Был твердым троечником, хулиганом. В семнадцать начал свое дело. Деньги пускал на ветер. Потом ба-бах… девальвация. Деньги превратились в фантики. Фирму пришлось закрыть, сотрудников распустить, а самому устроиться служащим. Потом надоела эта страна с неработающими законами, и принял решение уехать, - он стукнул кулаком по колену.

- Тебя здесь все устраивает? - мягко спросила я.

- Как видишь, - развел он руками, - Назад не вернусь ни за что. Своя фирма, квартира, летаю в Европу кататься на лыжах. Разве там я мог позволить себе все это? - резко закончил он.

- И у нас все изменилось... Но я не буду спорить. Рыба ищет, где глубже.

Я огляделась:

- Я на диване сплю?

- Почему? Спи в спальне, - он встал с дивана, подошел к аквариуму, достал корм с полки и покормил вяло плавающих рыбок.

- Спокойной ночи, - я пошла в спальню. Быстро переоделась, плюхнулась в кровать и натянула одеяло до подбородка. Тихо прошептала: "На новом месте приснись жених невесте", и закрыла глаза. И тут раздлася Колин крик:

- Твою мать!!! Что происходит? Ааа!

Я вскочила с кровати.

- Твои штучки, Ладка? - донеслось из ванны уже спокойным тоном.

Я недоуменно спросила, подойдя к двери:

- Ты о чем?

- Решил в душе помыться. Включил воду. А она горячая с обоих кранов идет.

- Я не при чем. Честно. Если все нормально, я спать. Думаю, разберешься.

- Валяй, - донеслось из-за двери.

Надеюсь, что больше за сегодня ничего не случится, подумала я, закутываясь потеплее. В квартире было прохладно, а я тепличная.

Мне снился Димка, он запрокидывал голову и хохотал. Вдоволь насмеявшись, шептал мне на ушко всякую чушь, а после запел про недельку в Комарово. Какая идиотская песня, подумала я, и заворочалась.

- Доброе утро, - донеслось до меня.

- Кто ты, северный олень? - пробормотала я и окончательно проснулась.

- Вставай, лодырь. Пора.

Я протерла глаза и покосилась на часы на прикроватной тумбочке. Семь. Ничего себе лодырь. Я глубоко вздохнула, встала и пошлепала в ванную.

Мы наскоро позавтракали бутербродами. Через полчаса я была готова покорять Нью-Йорк: котелок на голове, трехцветный шарф, пончо, сумка на цепочке, легинсы и ботильоны. Само очарование.

Пока мы шли к машине, я таращилась по сторонам. У многих машин бампера были поцарапаны - Коля объяснил, что выезжая, машины часто задевают друг друга и это считается у них в порядке вещей. Возле двухэтажных домиков рядом были видны небольшие дворы с клумбами. И возле одного такого коттеджа я увидела телевизор с плоским экраном.

- Смотри, - показала я пальцем, - зачем он на улице стоит?

- Не нужен, наверное, - безразлично пожал плечами Николай.

- Давай домой заберем, - предложила я.

- Ты повезешь его через океан? Или этот хлам у меня оставишь? - он остановился посреди тротуара.

- Нуу... - протянула я.

Он схватил меня за руку:

- Наказанье мне на голову свалилось. Поехали красотами любоваться. Ну!

Дуться я долго не умею, поэтому в дороге мы весело болтали. Для начала он заехал в офис. Я не захотела спускаться в его подвал, осталась в машине и разглядывала навесное метро. Уже знала: подземные линии залегают неглубоко, и находятся главным образом в Манхэттене. В остальных районах метро чаще всего навесное. Прошел поезд - грохот стоял невозможный, с эстакад что-то капало. Нда, по поводу красоты здесь на заморачиваются...

Коля вернулся довольно быстро:

- До четверга я в твоем распоряжении, - он дурашливо улыбнулся и включил зажигание.

- Отлично. За четыре дня многое можно успеть.

- Сегодня покажу тебе Манхэттен. Начнем с Баттери-парка и Бродвея.

- Ух ты!!! - я нетерпеливо запрыгала на сиденье.

Перед отъездом я много читала в интернете про Нью-Йорк, но в действительности все оказалось увлекательней. Я бродила по Баттери-парку, где индейцы продали Манхэттен, фотографировалась возле бронзового быка, терла его яйца, пока Николай не оттащил. Мы гуляли в знаменитом парке, где земляничная поляна и где снимали снимали "Смурфиков". Специально перед отлетом ходила на этот мультик. Закончили вечер на Таймс-сквере. Там было не протолкнуться. Заболели уши, зарябило в глазах. Одно радовало - Коля крепко держал меня за руку. Руку приятно жгло. Мы немного погуляли, и он пригласил меня в турецкий ресторан. Я не раздумывая согласилась - замерзла. А когда я замерзаю - краснеет сильно нос, что не красит.

Подошел официант и поставил несколько блюд. "Милый, - подумала я, - если ты хотел меня удивить турецкой кухней, то просчитался. У меня сосед турок, уже шесть лет" Неожиданно боковым зрением уловила движение, повернула голову и увидела мужика с соседнего стола. На вид лет сорок, с большой лысиной и налившимися глазами. Он пытался схватить меня за руку, силился произнести речь. Вдруг мужик стремительно наклонился, готовый запечатлеть поцелуй на моих губах. Я закричала, и начала как мельница махать руками. А что как он заразный?! Коля вскочил со стула и врезал мужику. Тот упал, слабо хрюкнув. На меня. Я набрала побольше воздуху в легкие и приготовилась завизжать. Но набежала куча американцев, и кричать я передумала - может, это запрещено у них. Еще посадят в тюрьму. Я захлопнула рот и стала вращать глазами. Охранники стащили с меня мужика, начали лопотать на английском извинения. Инцидент был исчерпан. Но настроение пропало и мы отправились домой.

- Ладка, а тебе не кажется, что это не случайно?

- Что именно? - прикинулась я, как будто не поняла.

- Тот мужик в ресторане, - Коля лениво тыкал пальцами по кнопкам пульта телевизора.

- Человек просто не смог пройти мимо такой красоты и грации, подумаешь...

Николай привстал на локтях:

- Ты уверена?

"Знать, задело и тебя, дорогой", - подумала про себя. А вслух сказала:

- Подумаешь, напился дядя.

Мне стало неуютно от Колиного взгляда.

- Спокойной ночи, - испытывая странную неловкость, произнесла я по дороге в спальню.

- Ага, - отозвался он.

Я торопливо разделась, забралась под одеяло и закрыла глаза. Дрема навалилась на меня со всей тяжестью. Но вскоре на меня навалилось что-то еще. Я проснулась и закричала.

- Тише, - закрыв ладонью мой рот, прошептал мужской голос.

Я начала брыкаться, стучать руками по его спине. Он немного ослабил хватку:

- Ты чего, правда уснула? - озадаченно спросил он, убрав руку с моего рта.

- Николай? Ты?! - возвысила я голос. "Конечно - пронеслось в голове. - Кто ж еще?"

- А я думал, ты меня ждешь... - произнес он.

- Как видишь, не ждала, - ядовито ответила я.

- Ничего страшного, - улыбнулся он и придвинулся.

Я невольно содрогнулась под интимным массажем. Он касался кончиками пальцев моего лица, задержался на губах, и приступил к поцелую. Я считала, что многое знаю о поцелуях. Оказывается, не знала ничего. Голова кружилась. Щеки пылали. Сердце выпрыгивало из груди. Оказывается, я его хотела как никого никогда. Черт, черт, черт - я ведь знаю его два дня! Я вцепилась в его плечи, чтобы оттолкнуть. А вместо этого еще сильнее прижала к себе. Он простонал и оторвался от моих губ. Дорожка поцелуев горела огнем. Я собрала в кучу последние остатки разума и пискнула:

- Пожалуйста, нне ннадо.

- М-м-м-м...

- Николай, нет, - более настойчиво сказала я и попыталась оттолкнуть.

- Что случилось, Ладушка? - он посмотрел мне в глаза. Черти плясали в его зрачках.

- Мы мало знаем друг друга. Я не могу, - тяжело вздохнула я.

Вот дура, прости господи, от чего отказываюсь!

- Значит, нет? - Черти достали копья.

- Извини.

Он перекатился на другую сторону кровати.

- Ладно,- легко согласился он.

Я почувствовала разочарование. Слишком легко согласился. Значит, хотел просто заняться сексом. Я обиженно отвернулась от ухмыляющейся физиономии и приготовилась реветь. Потом до меня дошло, что он лежит на моей кровати. Реветь я передумала.

- Ты собираешься уходить?

- Нет, - он закинул руки за голову, - ты забыла - это моя кровать.

- Ты мне ее любезно одолжил, - съязвила я.

- Долг платежом красен, - хмыкнул он.

Я промолчала, закрыла глаза. Сон не приходил, я посчитала овечек, дошла до трех тысяч. Меня волновало его дыхание рядом. Тело ныло от несбывшихся желаний. Уснула я только под утро. Во сне мы медленно и нежно занимались любовью. Он меня ласкал, доводя до исступления. Я громко застонала и проснулась от этого стона. Я пошарила по кровати взглядом и обнаружила, что лежу одна.

Нечего голову забивать. Хорошего из этого ничего не выйдет. Он здесь, ты там.

"С новым днем, дорогая", - подбодрила себя и пошлепала в ванную. Странно, но моего мачо нигде не было. Я достала из холодильника желе в пластиковых стаканчиках, клубничный йогурт и банан. Утром люблю поесть плотно, зато могу совершенно спокойно обойтись без ужина. Маруська всегда смеялась, когда я наворачивала супы или пюре. Кстати, не мешало бы позвонить Маруське - она волнуется. Раздался звук открываемой двери.

- Привет, - крикнула я Николаю из кухни. Лучше сделать вид, что ничего не случилось.

- Привет, соня, - он вошел на кухню, примостив пакет с продуктами на разделочный стол. В другой руке была нежно - персиковая роза, - Это тебе.

- Спа-си-бо, - пролепетала я. Умеет же человек выбить из равновесия...

- Я вчера немного перегнул палку. Немного, - он резко развернулся и вышел с кухни.

- Ваза на шкафу, - донеслось из спальни.

- Хорошо, - я посмотрела наверх. Так не дотянусь. Подтащила табуретку, встала на нее. Одной рукой держась за дверцу шкафа, другой пыталась придвинуть вазу ближе к краю. Еще чуть-чуть... Кончиками пальцев я уже коснулась вазы, и… Последнее, что я помню, летящий на меня шкафчик.

- Лада, Лада, - доносилось откуда-то издалека, - Очнись.

В нос ударил резкий запах. Я закашляла и сморщилась - голова раскалывалась.

- Кажется, меня сейчас вырвет, - я сделала попытку встать. Пол, стены, потолок - все закружилось в вальсе.

- Лежи, не двигайся. Сейчас приедет скорая.

Я почувствовала его легкие прикосновения к голове. Больно... Попыталась сфокусировать взгляд. Не удалось. Опять провал. Очухалась в больничной палате. Николай сидел у кровати.

- Что у тебя с лицом? - проскрипела я.

- Тебе нельзя пока разговаривать. Не переживай. У тебя сотрясение мозга, несколько порезов, самый большой порез на руке пластырем залепили, - он поглаживал эту руку.

Я закрыла глаза - яркий свет причинял боль. Вывод напрашивался известный - сама виновата, знала, что будет нечто подобное. Вот сама и расхлебывай.

- Ладунь, - он сжал мою ладонь, - Пообещай мне, что больше никогда не будешь вставать на табуретку, ходячее несчастье.

"Перебьешься, милый. Я не буду с тобой, и мое невезенье как рукой снимет", - от жалости к себе при этой мысли выступили крупные слезы.

- Не плачь, девочка моя. Я с тобой. Не дам в обиду.

Зашла медсестра и повезла меня на обследование. Примерно час меня мучили на различных приборах, затем отвезли обратно в палату и поставили капельницу. Николаю сообщили, что внутренних повреждений нет, а шишка на голове рассосется.


Продолжение следует

© Юлия ПЕРЕСЫПКИНА


Перепечатка и любое использование материалов журнала без согласия редакции запрещены!