Наброски - женский литературный журнал
Женский литературный журнал
Главная
Новости
Проза
Статьи
Поэзия
О нас
Ваши истории
К новым авторам
Знакомства
Контакты
Каталог женских и литературных ресурсов
Гостевая книга
Форум
Поиск
Женский литературный журнал
Рассылки Subscribe.Ru
Подпишись на анонсы
новых поступлений

Наш журнал в Twitter

Наш журнал в Вконтакте

Журнал Наброски в формате RSS









Rambler's Top100



Яндекс цитирования

Love.Linx.Ru - Любовь, знакомства, общение

Украинская Открытая Ассоциация Организаций, Групп и Лиц, работающих с детьми, страдающими онкозаболеваниями Жити завтра, Ми поруч, Киев





Игры моей злодейки

Самое интересное, что и судьба моя, злодейка, тоже не воспринимала Димку как потенциального спутника жизни: на свиданиях с ним со мной ничего не происходило - не шел град, когда он был в новехоньком костюме, на нас не нападали хулиганы, и я ни разу не теряла ключи...


Игры моей злодейки. Часть 1
Часть 1

- Со свиданьицем, - ехидно проговорил писклявый голос в трубке, - или опять не свершилось?

- Не свершилось, - недовольно подтвердила я.

Меня уже тошнит от подобных вопросов, но что поделать - Маруська моя подруга, и я, пожав плечами, пояснила:

- Он пригласили меня в отель "Лазурный". Сказал, что снял номер для новобрачных. Но мне захотелось романтики. Ты ведь знаешь, я люблю осень, поэтому предложила для начала прогуляться. Пройти через парк Победы, подышать свежим воздухом. Он нехотя согласился. И вот идем мы с ним, крепко и в то же время нежно держась за руки. Золотые листья, хрустящие под ногами. Я решила поддержать образ нежной барышни и сесть на скамейку.

- Начало просто блеск, - засопела в трубке Маруська.

- Ты так не дыши,- осадила я и торопливо обула тапки, - Посидели мы на скамейке, поболтали на ничего не значащие темы, а когда встали - выяснилось, что скамья была окрашена коричневой краской.

- Удача тебя не оставляет... И что он? - хмыкнула подруга, думается мне, от удовольствия.

- Чуть не лопнул от злости. Пробормотал, что я во всем виновата, что его лучший костюм безнадежно испорчен, развернулся и ушел. Даже забыл проводить до остановки, - устало вздохнула я.

- Ладка, ты главное не расстраивайся. В прошлый раз было хуже. Помнишь? Вы поперлись кататься на чертовом колесе и на самом верху застряли. Сколько времени вы там сидели?

- Два часа, но для Вити - эти два часа показались вечностью. Он высоты боялся, - я задумчиво почесала за ухом.

- Слабые нынче мужики пошли, - Маруся была в ударе, - Ладно, Лада, не переживай. Найдется добрый человек, и тебя трахнут, - от хохота в трубке заложило уши.

- Умеешь ты успокоить, - отмахнулась я и перевела тему. Сколько можно выслушивать о моем патологическом невезении, - чего звонишь? Позлорадствовать или по делу?

- Встретиться бы надо. Ты не смотри, что ночь за окном. Дело того стоит. Я и закусь уже прикупила, коньячок-то у тебя всегда есть, - теперь ее голос журчал как горный ручеек, - Так я выезжаю? - помолчав, уточнила Маруся.

- Все равно уже собралась, приезжай, - проворчала я и пошла на кухню.

Маруся живет в трех кварталах от моего дома, в старенькой хрущевке. Ее родители переехали жить на дачу пару лет назад, развели кур, индюшат и за все время только раз наведывались к дочери. Натура она увлекающаяся, то возомнит себя художницей и устроит в квартире мастерскую с холстами, мольбертами и разбросанными грязными тряпками. Или решит, что она великий писатель и собирает у себя литературный кружок. Если начистоту, то литературный кружок оставил неизгладимый след в ее душе. Маруся написала роман, вернее это она его называла таким громким названием. По мне, так полная ерунда. Но полупьяные дурнопахнущие писатели ей прочили светлое будущее, со всеми вытекающими прелестями. Поэтому Маруся порхала бабочкой и безвозмездно кормила, поила этих тунеядцев. Понятно, что на мои предостережения она внимания не обращала, мотивируя тем, что я не литературовед и ничегошеньки не смыслю в этом. Я девочка умная, особо не настаивала на своей правоте, я отправилась в местную газету, и вступила в сговор с главным редактором, не за бесплатно, конечно. Редактор совершенно случайно посетил это богемное сборище, попросил Марусю прочитать ее творение, а после очень жестко раскритиковал шедевр. Маруся критику не любит, понять ее можно, мы все не любим, когда нам указывают на наши недочеты, вот и она безотлагательно решила найти себе другое применение. А великие писатели не хотели понимать, что бесплатная еда и выпивка закончилась. Отваживала она дармоедов два месяца. В-общем, Маруська она и есть. Вечно создает сама проблемы. Поэтому меня и тревожит ее сегодняшнее появление.

Между прочим, и имя ей подходит, хотя на самом деле ее зовут Мариной Викторовной. Маруськой ее назвал в первом классе белобрысый очкарик Вадька за ее румяные щечки. Вадька в четвертом классе иммигрировал в Германию, а прозвище так и осталось. Впрочем, она не обижается. Привыкла.

Мои мысли прервал звонок в дверь, и я пошла открывать. Подруга вихрем ворвалась в мою уютную двушку, бесцеремонно оглядела меня с головы до ног и довольно зацокала языком:

- Хорошо выглядишь, Ладка. И чего они так пугаются? Ну подумаешь, костюм в краске замарал.

- Ладно, забыли, - отмахнулась я, и забрала у нее пакеты с логотипом супермаркета, находящегося в старом центре. За двадцать минут она бы не успела смотаться, молниеносно пронеслось у меня в голове, значит, готовилась, - Пока делаю закусь, давай рассказывай.

- Знаешь, Ладушка, - заюлила подруга, нарезая колбасу, - я тут подумала. Устала ты сильно. Работа тяжелая. Воспитывать чужих детей - ох, непросто. А ты вся выкладываешься. Встретила на днях Маргариту Васильевну, учительницу по физике, она и сказала, мол, Лада Олеговна трудится не покладая рук, в две смены, - Маруся погрозила мне пальцем, - И мужчины опять же нет. Все к одному, - мы устроились за столом.

- Красиво говоришь, Маруся. Только не пойму, с чего такая забота? - подняв рюмку, спросила я.

Бокалов для коньяка у меня не было, зарплата не позволяла.

- Давай выпьем за тебя, - проигнорировав мой вопрос, предложила тост Маруся и лукаво подмигнула.

Мы выпили и сосредоточились на салате.

- Так вот, Лад. Скоро каникулы. Отдохнуть тебе нужно. Съездить куда-нибудь. Например, в Нью-Йорк, - невинно улыбнулась подружка, натыкая кружок огурца на вилку.

- Куда? - от неожиданности я поперхнулась и закашляла.

- Есть такой город на материке Северная Америка.

- Я знаю, где находится этот город, - бестактно осадила я подругу, - Почему я должна ехать туда?

- Видишь ли, - вздохнула Марго, - я хочу там купить машину. Ты ешь, Лада, ешь.

Маруся пододвинула мне тарелку с маринованной селедкой.

- Какую? Почему именно там? Где ты деньги нашла? - и еще примерно тысяча вопросов вихрем крутилась в моей голове. - И почему именно я должна ехать?

Маруся покосилась на меня и принялась объяснять. В июле ей приснился сон. Прабабка- сухая старушка в цветастом ситцевом платочке на голове, которая умерла 15 лет назад, грозила Марусе пальцем и почему-то все время называла шесть чисел. Причем требовала,что бы Маруся запомнила числа. Утром Маруся помянула старушку, в церкви поставила свечку "за упокой", но спокойствие не приходило. Тут я конечно сомневаюсь: Маруся и тревога - вещи несовместимые. Скорее она решила, что это к выгоде. Свои сомненья я оставила при себе и внимательно слушала дальше, уминая селедочку. Зачем Марго нужны эти числа она так и не понимала. Пока не вспомнила про лотерею. Купила в киоске на углу дома билетик, обвела числа, не дававшие покоя. В воскресенье, устроившись перед телевизором с пачкой чипсов, Маруся обалдела. Марина не сильно доверяла старушке: не помнила ее трезвой, и адекватной, но выпали шесть чисел в том же порядке, как и вещал божий одуванчик. Марго стала обладательницей внушительной суммы. Вот она - помощь сверхъестественных сил! Но возникла вторая проблема - думала дражайшая подруженька куда деньги девать. И захотелось ей автомобиль, да не какой-нибудь - мустанг! Нравятся ей лошади, и все. Полезла она в интернет, и узнала, что с Америки привезти авто дешевле. Слово дешевле, главное в Марусином лексиконе. Она даже нашла на одном аукционе мустанг своего любимого цвета - красного. Только одна загвоздка: не дали визу. Не понравилась Маруся послу: работы постоянной нет, дохода соответственно тоже, жилье на родителей оформлено. План сорвался, а идея переслать деньги дилеру подруге не пришлась по вкусу - деньги заберут, и поминай как звали. Казалось, мечта приказала долго жить. Но Маруся, она же Марина и Марго, так просто не сдается. Пораскинула мозгами, вспомнила про меня. Родина меня держит в крепких объятиях, в отличии от Маруси. Один минус - не замужем. Но Марина надеется, что посол увидит мои прекрасные глаза и не сумеет отказать. У нее есть знакомая Катька, администратором в гостинице работает, а у той одноклассник живет в Нью-Йорке. Катька ему позвонила, он обещал помочь.

- Давай, Ладка, помоги, - завершила подруга свой рассказ.

Не иначе как коньяк стукнул мне в голову. Во-первых, я безоговорочно прониклась этой историей. Во-вторых, вспомнила, что через месяц школьные каникулы. В-третьих, я никогда не была заграницей. Неужели, я, учитель биологии высшей категории, не могу себе позволить Нью-Йорк, с его бесчисленными музеями, огромным зоопарком, тайм-сквером, Бродвеем. Дух захватывает. В - общем, мы допили за успех нашего предприятия.

Утром я проснулась от головной боли. Приняла прохладный душ. Открыла форточку на кухне и налила крепкий чай с лимоном. Боль немного утихла. Черт, не надо было вчера столько пить. Хотя... Я и думать забыла о несостоявшемся свидании с Кириллом. Теперь я думаю об Америке. Звонок прервал мои вялотекущие мысли. Это был Димон. Друг безоблачной юности, который любил меня тихой и ненавязчивой любовью. Подозреваю, до сих пор надеется на взаимность, хотя я честно объяснила, что он для меня верный товарищ, и все.

- Привет, дорогая. Рассказывай, - вкрадчиво произнес Димка.

- Чего? - удивилась я.

- Что вы там с Маруськой напридумывали.

- Если тебе Маруся доложила, и рассказывать нечего, - ядовито произнесла я, доставая шоколадный брючный костюм из шкафа. Между прочим, очень дорогой.

- Значит, все уже решила, - по голосу чувствовалось, что он злится.

- Ага. Считай это отпуском. Слушай, мне уже выезжать надо, а я еще не собралась. Ты завтра позвони, - попросила я, прикидывая какую блузку одену.

- Куда собралась?

- Справки надо с места работы, о зарплате, и..., - начала перечислять я, одновременно пытаясь расчесаться.

- Через восемь минут выходи, - Димон положил трубку.

Ну что за человек. Поуговаривал бы, нет - просто выходи. Я оперативно собралась, уложилась в пятнадцать минут и выскочила на улицу.

Димкин джип уже стоял возле подъезда. Эх, вздохнула я, и почему моя душенька холодна к Диме, работа у него хорошая, родители живут очень далеко - в Калининграде, внешность не подкачала. Жаль, что сердцу не прикажешь.

Мы познакомились с ним случайно, когда мне было шестнадцать. Мама была в командировке. Я сидела дома и раскладывала пасьянс, пока не прискакала Маруся.

- Леха экзамены сдал. Зовет отмечать.

- Куда зовет? - вяло спросила я.

- На природу. Шашлыки будем жарить, - радостно верещала она.

- Природа, - хмыкнула я, - В нашей степи только одна природа. Березовая роща за плотиной.

- Туда и едем.

- Народу много будет? - я внимательно посмотрела на подругу.

- Его два дядьки и мы.

- Странно, - удивилась я.

- Чего? Они проездом. Племянника навестить решили, - Маруся схватила шляпу с широкими полями, нацепила на голову и принялась красоваться перед зеркалом, - Ладка, поднимай задницу.

Я отчетливо помню, с какой неохотой ехала.

Приехав на наше постоянное место, Леха с ужасом констатировал, что забыл самое главное - маринованное мясо. Развернулся и помчался в город, благо ехать всего-то двадцать километров, а дядьки - взрослые мужики дальнобойщики в его отсутствие начали оказывать нам знаки внимания. А потом и вовсе сказали: "Или вы с нами сейчас занимаетесь сексом, или разворачиваетесь и идете домой пешком". Мы с Марусей молча переглянулись и побежали.

Еще долго мы слышали в звонкой вечерней тишине их пьяный ржач. Мы были очень напуганы, поэтому держались подальше от дороги, и если слышали звук проезжающей машины, падали в траву. Придурков на степных дорогах хватает, поймают, не отбрешешься, воспользуются нашей красотой и невинностью. Ночь стремительно наступала, и вскоре идти стало затруднительно. Маруся взмолилась и села на землю:

- Ладка, я больше не могу. Я мозоль натерла.

- Разуйся, - предложила я.

- С ума сошла? - гневно зашипела Маруся. - Тут же мусора полно. Стекол. Еще и сикарашки всякие. Покусают меня.

Я топталась рядом с сидящей подругой:

- И что ты предлагаешь? Идти всего ничего. Вон огни видать.

- В степи свет издалека видно. А идти нам еще часа два...

Я присвистнула. Маруся уронила голову на руки и заныла.

- Перестань реветь, - приказала я, затем обреченно махнула рукой, - Ладно, будь, что будет. Пошли ловить попутку.

Мы вышли к дороге и сели недалеко от обочины. Маруся уже вовсю клевала носом, когда показались светящиеся фары.

- Едет кто-то.

Маруся сонно прищурилась, затем встала, перекрестилась и стала махать руками.

Машина остановилась. Мы с подругой неуверенно подошли, открыли переднюю дверь. Водитель был один.

- Подкиньте нас в город, пожалуйста, - Маруся умоляюще смотрела на него.

- Садитесь, - махнул он головой.

Мы мгновенно открыли заднюю дверь и плюхнулись на сиденье, пока он не передумал. Водитель оказался нелюбопытным. До въезда в город не проронил ни слова. Когда проехали железнодорожный переезд, спросил:

- Куда ехать дальше?

Я назвала адрес.

- Это недалеко от театра? - уточнил он.

- Ага, - подтвердила я.

Через двадцать минут он остановился возле моего подъезда и повернулся:

- Приехали.

Маруся запричитала:

- Спасибо, вы нас спасли. Может, чаю зайдете попить? А может кофе?

Он зашел, внимательно обошел квартиру и спросил:

- Вы всегда незнакомых мужчин домой тащите?

Маруся рассмеялась, уютно развалившись на диване:

- Нет, только симпатичных. Меня, кстати Мариной зовут.

- А тебя? - в меня впились его яркие синие глаза.

- Лада, - я скромно опустила глаза.

- Дмитрий, - галантно представился парень, и продолжил - чаю-то нальете?

Мы с подругой переглянулись и помчались на кухню. Пока заваривали чай, обсудили нового знакомого. Он выглядел лет на двадцать - светлые волосы ниже плеч стянуты в хвост, прямой нос, красивые губы. И собеседником Дима оказался интересным, мы не заметили, как наступило утро. Он нехотя ушел, внимательно оглядев меня с ног до головы.

Вернулся через год. Как ни в чем не бывало зашел. Познакомился с мамой.

- Где ты был? - спросила я.

- Мы переехали в Калининград.

- А вернулся зачем?

Он пожал плечами:

- Поверишь, если скажу, что соскучился?

- Нет, - улыбнулась я.

С тех пор он стал заходить часто. Поддержал, когда я потеряла маму. Мамочка скоропостижно умерла, когда мне было 18 лет. Димка тогда организовывал похороны, достал деньги, а от меня толку не было никакого. Раз в неделю он приглашал меня куда-нибудь. Всякий раз соглашаясь, я давала себе слово, что это в последний раз. Что нельзя давать надежду человеку, к которому нет чувств. Но потом смотрела в его глаза, и слова застревали в горле. Самое интересное, что и судьба моя, злодейка, тоже не воспринимала его как потенциального спутника жизни: на свиданиях с ним со мной ничего не происходило - не шел град, когда он был в новехоньком костюме, на нас не нападали хулиганы, и я ни разу не потеряла ключи от квартиры...

Я даже легла с ним в постель в прошлом году. Разделась, прыгнула в его огромную круглую кровать. Димка целовал меня, ласкал. Но тело не отзывалось. Ну не хотела я его, не хотела. Он это понял, молча встал. Я оделась и мышкой выскользнула за дверь. Больше мы к этому вопросу не возвращались.

Я села на переднее сиденье и пристегнула ремень безопасности.

- Тебя бесполезно переубеждать? - вместо приветствия произнес Димка, по обыкновению ухмыляясь.

- Ты же меня знаешь, - я улыбнулась во все тридцать два зуба.

- Назад вернешься?

Я даже икнула от неожиданности:

- Дима, я люблю наш городок, люблю биологию и своих учеников. И мама похоронена тут.

Пока Димон не задал мне этот вопрос, я не задумывалась ни на секунду о возможности начать новую жизнь в другой стране. И ничуть не слукавила, меня действительно не прельщала мысль остаться в Америке. Что делать там - мыть полы и убирать дома? Да и общаться с кем я буду?

Мои мысли прервал Димка:

- Куда едем? - он мягко тронулся с места.

- Начнем со школы.

Я не ожидала, но дело заспорилось, и справки я успела собрать до занятий. После уроков мы съездили в американское посольство, и я подала документы.

Наконец настал и день собеседования в посольстве. Я встала пораньше, часов в шесть, приняла душ, нанесла макияж. Сегодня настал звездный час нового синего платья, которое я купила накануне. Оно было простым, и строгим, до колен, но сидело просто отлично. Кстати, приехавшая за мной Марго была в восторге:

- Красивая ты девка, Ладка. Но америкосы, хитрые, - получала я последние напутствия по дороге в консульство, - Ты там не юли, говори много и только правду. Иначе так по доброму, с ехидненькой улыбкой откажут.

Посольство выглядело внушительно. Большое четырехэтажное здание из стекла в виде буквы "п". Я потянула на себя тяжелую железную дверь и вошла.


В моей душе вовсю трубили фанфары. Получилось!

- Ладуня, не верю счастью, - тараторила подруга, выезжая на проспект Мира, - пригонишь машину, заживем. Я на работу тебя возить буду. Не всегда, конечно. Я поспать люблю. Ты представь - красный мощный железный конь. И мы - такие гламурные девочки...

- Маруська, помолчи, Христа ради. Слов где нахваталась срамных? На дорогу лучше смотри, - качая головой, нудела я.

Мы ехали за билетами к моему знакомому директору агентства.

- А кто у нас директор?! - без перехода спросила Марина.

Я не люблю вдаваться в подробности своих несчастий.

- Помнишь прошлой осенью я на свидание вслепую ходила?! Танька Ливнева, моя сокурсница давно обещала познакомить со своим соседом Робертом. Вот и удружила. С самого начала все пошло наперекосяк. Во-первых, я опоздала на сорок минут в ресторан. Срочно вызвал шеф на счет семинара. Когда я прибежала, Роберт уже был на взводе. Во-вторых, весь вечер мне названивал Димка по совершенно идиотским поводам. Роберт недовольно косился. В довершение вечера официант опрокинул на него десерт, он вскипел и долго возмущался, требовал администратора. Вечер был испорчен, больше он меня никуда не приглашал, - констатировала я.

- Не повезло мужику, - заржала в голос подружка. - Еще долго продержался.

- Проводил меня домой и галантно предложил остаться в статусе хороших знакомых, - продолжила я, выходя из машины.

- От знакомых тоже польза. Скидку получим, - удовлетворенно усмехнулась Маруся,- Я тебя в машине подожду, дабы не смущать Робика-Бобика.

- Адиос, - махнула я рукой и зашла в небольшой офис. Сегодня удача явно была на моей стороне. Мы мило поболтали с Робертом, он распорядился о скидке, а затем проводил меня до Маруськиной развалюхи.

- Красавчик, - подмигнула подруга, выезжая на проезжую часть.

- Не про мою честь, - пожала я плечами и отвернулась к окну.

...Оставшиеся дни до отлета тянулись медленно, как кисель. На работе я старательно зачеркивала палочки в ежедневнике после каждого урока. А ночью долго вертелась ужом на кровати и думала о своей поездке. Пару раз появлялся Димка, вытаскивал в кино. Мы лопали поп-корн, смотрели глуповатые комедии. Он перестал нудеть о моей поездке, что само по себе радовало. Обещал отвезти в аэропорт. Димон сильно сомневался, что мне поможет неведомый знакомый, о чем не брезговал говорить каждую встречу, пока я не пригрозила, что вообще до отъезда видеться не будем. Пугать он перестал, но вздыхал по-особому тяжко. А я Маруське доверяла. Если сказала, что поможет, точно поможет. Это же в ее интересах!

Мы с Маруськой вместе собирали чемодан, паковали подарки для Николая. Так звали американца - эмигранта. Подарки выбирали в сувенирной лавке для туристов. Симпатичная пампушка - продавщица мило улыбаясь, посоветовала приобрести тарелки с панорамой города, футболку с надписью и кепку. Мы поверили толстушке. Пакет получился увесистым. Я тщательно записала в блокнот контакты всех знакомых. Туда же занесла адрес и телефоны Николая. В два часа ночи вещи были упакованы. Мы, довольные проделанной работой, выпили по две кружки зеленого чая с жасмином и шоколадными картошками. Я накануне купила любимые пирожные в кулинарии за углом, но аппетита не было. С Марусей пирожные ушли влет за милую душу.

Раздался звонок.

- Выходим, - отозвалась я, и напялила кожаную куртку. Бросив последний взгляд на фикус в прихожей, вышла в подъезд. Ключи протянула Маринке:

- О цветах не забывай.

В аэропорт приехали рано. Маруська всплакнула:

- Всегда расстраиваюсь, когда провожаю.

- Скоро вернусь, - поцеловав ее, заверила я, - вы идите, не ждите посадки.

- Не пропадай, - вклинился в разговор Димка, - и возвращайся быстрей.

Я чмокнула Димку в щеку и засмеялась:

- Двадцатого ждите. И не забудьте встречать в золотой карете на тройке гнедых.

Объявили регистрацию на мой рейс, я повернулась и пошла к терминалу "А". На полпути обернулась, и помахала рукой, послав воздушный поцелуй.


...Лететь вышло дешевле через Киев. И вот я сижу в знаменитом Борисполе. Одна. И думаю о маме. Мама часто рассказывала как красиво в Киеве. По роду деятельности ей приходилось ездить по командировкам. Меня до тринадцати лет она оставляла у подруг, а потом я решила, что стала взрослой и самостоятельной - ждала маму дома. Мамочка постоянно привозила подарки. Из Киева привезла куклу с коляской. Нажимаешь кнопочку, кукла катит коляску и поет. Все девчонки бегали ко мне смотреть на чудесную куклу. А потом она пообещала, что обязательно поедем вместе в город ее мечты… Но не случилось походить по старинным улочкам, крепко держа за руку маму. Я смахнула рукавом слезы.

Наконец пригласили на посадку.

Боинг был огромным. Три ряда кресел: по краям по два кресла и в середине три. Мое место находилось в среднем ряду справа. Посередине сидела бабулька, а слева от нее мужчина лет сорока в очках в круглой оправе. На вид - вылитый маменькин сынок. Я подмигнула маменькину сынку, весело поздоровалась с бабулей. Сынок не отводил от меня поросячьих глаз. На меня нельзя так просто зариться, у меня защитник грозный, удовлетворенно подумала я. После взлета самолета я нагло вытянула ноги в проход, как смогла, привалилась на правый бок - мягкое место уже ныло от долгого сиденья, и попыталась заснуть. Проснулась от мягкого толчка - бабуля предложила карамельку. Я вежливо отказалась. Маменькин сынуля задал глупый вопрос. Я решила: а почему бы и нет, поразвлекаюсь немного, и начала оказывать ответные знаки внимания. Бабуся поджала и без того узкие губы. Сыночка разрывался между мной и маменькой. Я лукаво ему подмигивала и смотрела на реакцию бабуси. Подошла очередь обеда, при этом Виталик, так звали маменькиного сынка, случайно вылил на себя суп. Я удовлетворенно усмехнулась. Такие случаи не редкость для тех, кому я нравлюсь. Я коварно предложила ему свой стакан белого вина. Так сказать, для закрепления результата. Он разволновался еще больше, отхлебнул и подавился.

- Виталя, - бабуся недовольно постучала ему по спине, - будь осторожен.

- Да, мама, - послушно кивнул Виталя и зыркнул на меня.

Я отвернулась и затряслась в беззвучном смехе. Форму моя злодейка-судьба не потеряла. Я - мисс, приносящая тридцать три несчастья своим поклонникам. И первый раз в жизни меня это развлекло.

- Лада, с вами все в порядке? - бабулька тронула меня за плечо.

По тону ее голоса я поняла - она явно не против, если я провалюсь в океан прямо с этого места.

- Да, - повернула я голову, и лучезарно улыбнулась. - Виталик, а вы женаты? - я пристально посмотрела на него и невинно прикусила губу.

Эффект превзошел ожидания. Виталик вытаращил глаза, рука его потянулась к волосам, видимо хотел пригладить жидкие желтые волосюшки, но по пути задел очки. Очки, проделав в воздухе дугу, упали на колени пассажиру, сидевшему возле окна. В общем, полет прошел на удивление не скучно.

- Здравствуй, Америка! Здравствуй, аэропорт Кеннеди, - прошептала я.

Аэропорт Кеннеди не пожелал поздороваться в ответ. Он встретил огромной очередью к стойкам регистрации для туристов. Пока стояла в очереди, я с любопытством осматривалась. Люди вокруг меня были самых разных национальностей и в самых невероятных одеждах. Я только и успевала вертеть головой. Правда, вскоре меня стало утомлять такое скопление. Хотелось помыться, принять лежачее положение, уснуть. Еще я беспокоилась за свой багаж. Я подошла к черному полицейскому за стойкой регистрации, он молча посмотрел на меня, на фотографию в паспорте, кивнул и показал на небольшой аппарат. Пока стояла, я наблюдала запредыдущими регистрирующимися, поэтому спокойно положила большой, а затем и указательный палец для снятия отпечатков. Затем меня сфотографировали и выдали бумажку с печатью. Я бросила взгляд на часы: с момента приземления прошло два часа. Стало понятно, почему я совсем не чувствую ног. Я огляделась, не нашла ленту с багажом. Снова подошла к полицейскому и спросила на ломаном английском:

- Где я могу забрать багаж?

Он повел меня куда-то вправо. Я семенила рядом и опасалась, что Николай меня не дождется. Полицейский подвел меня к ленте, я сдержанно поблагодарила и увидела свой клетчатый чемодан, одиноко крутящийся на ленте.

Я устало выползла к встречающим и совсем некстати вспомнила, что не знаю, как выглядит Николай. Людей за ограждением стояло человек сто. Задачу облегчало то, что было много индусов. Я повертела головой в разные стороны и увидела высокого мужчину лет тридцати. Одет в костюм, голубую рубашку с галстуком. Темные волосы коротко подстрижены, глаза тоже темные.

В его руках я увидела табличку с именем. Моим! Не веря своим глазам, подошла к нему и неуверенно спросила:

- Николай?

Он оглядел меня с головы до ног. Кажется, я покраснела - таким откровенным был его взгляд.

- Вы первый раз видите такую красоту? Давайте, я повернусь, рассмотрите хорошенько.

Он коротко хохотнул.

- А ты с характером. Привет.


Продолжение следует

© Юлия ПЕРЕСЫПКИНА


Перепечатка и любое использование материалов журнала без согласия редакции запрещены!


Шикарные вечерние платья от российских дизайнеров можно купить в магазине "KALASHNIKOVY".