Наброски - женский литературный журнал
Женский литературный журнал
Главная
Новости
Проза
Статьи
Поэзия
О нас
Ваши истории
К новым авторам
Знакомства
Контакты
Каталог женских и литературных ресурсов
Гостевая книга
Форум
Поиск
Женский литературный журнал
Рассылки Subscribe.Ru
Подпишись на анонсы
новых поступлений

Наш журнал в Twitter

Наш журнал в Вконтакте

Журнал Наброски в формате RSS









Rambler's Top100



Яндекс цитирования

Love.Linx.Ru - Любовь, знакомства, общение

Украинская Открытая Ассоциация Организаций, Групп и Лиц, работающих с детьми, страдающими онкозаболеваниями Жити завтра, Ми поруч, Киев





Племяшка

- Как зовут твою сестру? - спросил он, слегка задыхаясь (будто разгрузил вагон угля).

- Люся.

- И она училась в пятой школе? Жила по улице Ленина? Занималась в балетной школе? ...И-и... Родила без мужа?


Вот и осень, за окном темно и сыро, никуда выходить не хочется. Легла бы на кровать, свернулась калачиком под пледом, включила фильмец... Но нельзя, у меня племяшка, надо борщ сварить, второе придумать. А что придумаешь, если денег с гулькин нос? Пылесосю, стираю, варю борщ. На второе сделаю рожки, в холодильнике завалялся старый кусочек сыра. Прилетает с факультатива племяшка, первый курс, впечатлений масса.

- Ирочка, солнышко, что за борщ! Объедение! Я не сильно тебе мешаю? Потерпи, общагу дадут через пару месяцев.

"Ну что за вопрос, потерплю", - отвечаю ей мысленно. А вслух по-другому: "О чём речь, живи, сколько надо. Мы же родные люди!"

Она хорошая девочка, 20 лет, приехала в Киев из Луганска. Училась там в "педе" потом передумала и поступила на юриста в столице. У неё всё получится - девочка умная и упёртая. Не то что я, размазня...

- Ничего, что рожки без мяса? - спрашиваю.

- Да я мясо терпеть не могу! - глазки-сливы смотрят так искренне.

"А нам всё равно, а нам всё равно, не боимся мы волка и лисы!" - это звонит мой мобильний. И кому я понадобилась в воскресенье?

- Алло, Ирочка, как дела?

- Ой, Виктор Сергеевич, это вы?- слегка робею от голоса шефа. Он всегда мне нравился, но я умею это скрывать. Может, напрасно?

- Слушай, я косулю убил, сейчас завезу тебе мясо. Сделаешь котлет на завтрашнюю корпоративку?

Я отлично готовлю, в офисе это знают. Конечно, котлеты - морока, да ещё в таком количестве, но зато какое подспорье, и сами поужинаем, и к холодильнику что-то прилипнет. Сыну четырнадцать, он футболист, ему просто нельзя без мяса. А какое мясо на мою зарплату, две трети которой идут на аренду квартиры?

Виктор Сергеевич похож на медведя - огромный и добродушный. Мясо заносит его водитель, а он стоит, заполнив собой всю прихожую.

- Может быть кофейку?

- Спасибо, я пил недавно.

Выплывает из комнаты племяшка.

- Зачем косулю убили, жестокий вы человек?!

У меня обмирает сердце - какая беспардонность и невоспитанность! Ни "здрасьте", ни вежливой улыбки! Он бизнесмен и охотник, а кто она? Шмакодявка без роду-племени!

- Я не жестокий, - смущается вдруг мой шеф. - Я просто честный охотник. Ирочка, ты бы хоть кофе мне предложила!

Он снимает кроссовки, заходит в зал, усаживается в кресло.

- Охотники честными не бывает, - продолжает кусаться племяшка. - Честные люди не сидят в засаде, не стреляют в беззащитных живностей из кустов!

- Что поделаешь, детка, мы хищники, такими нас сделал Бог.

- Ой, не гневите Бога! Он дал нам мозги и душу, и личное дело каждого, как он ими распорядится.

- Девчонки, а может шампанского? - спрашивает вдруг мой шеф. - Мадмуазель, вы позволите моему водителю подстрелить из бумажника пару бутылок в супермаркете?

- И фруктов пускай подстрелит, - на глазах добреет племяшка.


Я очень люблю шампанское. Это напиток праздника - у него вкус роскоши, грядущих сюрпризов, близкого счастья. Наверное, это ассоциации с Новым годом, отголоски юности.

- Ну что, за прекрасных дам? - спрашивает мой шеф. - Чтоб судьба покорно стелилась им под ноги...

- Йес. - ухмыляется племяшка. Похоже, она нисколько не сомневается, что впереди у неё сплошные победы. Второй тост - за настоящих мужчин. Третий - конечно же, за любовь.

Обстановка непринуждённая, лёгкая, шеф мой травит анекдоты пополам с охотничьими байками, племяшка по-прежнему кусается, но не больно, а ласково. Мне весело и беззаботно. И вдруг меня осеняет - а ведь этот спонтанный праздник для неё! Я - прислуга ("сделай котлеты"), она - королева ("мадмуазель, вы позволите...")… Да, между нами пятнадцать лет. Да, она парит на воздушном шарике, а у меня за плечами - горький опыт разочарований. Да, у неё глаза-огни, а у меня - печаль подстреленной косули. Увы, глянцевые журналы правы - мужчины любят победительниц...

- Ты на что-то обиделась? - спросила меня племяшка, когда Виктор Сергеевич ушёл.

- В принципе, нет. - ответила я честно. - Но будь немного деликатней. Для тебя это просто мужик, обычный прохожий, а для меня рулевой судьбы, от которого зависит и должность, и зарплата.

- Ну, прости, - ластится она кошечкой. - Давай я помогу тебе делать котлеты!

О том, что Виктор Сергеевич больше чем шеф, я, правда, умолчала. Умолчала, как кружится моя голова от запаха его парфюма, как умирает во мне женщина на два выходных, как я чуть не лишилась чувств, когда он приобнял меня на корпоративной вечеринке.

Мы ужинаем в десять вечера, и моя эфирная девочка уплетает мясо за обе щёки.

- А он ничего, - говорит племяшка.

-Ты о чём?- обмираю я.

- О шефе твоём, симпатяга. Конечно, женат, есть дети?

- Женат, но жена в Италии. А детей им Бог не дал.

- А любовница?

- Знаешь, он не докладывал! Но, думаю, нет - так, короткие связи. А что, положила глаз?

- Ай, как не стыдно, Иришка! О тебе беспокоюсь!

- Посмотрите на нахалку! - не выдерживаю я. - Как-нибудь справлюсь сама.


Спать ложимся в двенадцать, но дерзкая мысль племяшки не даёт мне покоя. Я не стерва, не сучка, я порядочная домашняя женщина, но разве я виновата, что муж мой погиб трагически? Что по дороге дом-работа и работа-дом мне не встретилась больше судьба, и годы летят в одиночестве. Что мой медведистый шеф заставляет сердце срываться в галоп? Он взял меня на работу потому, что мы земляки. За 20 лет жизни в Киеве он перетащил туда всю родню, и больше не ездит в Луганск. Но воспоминаниям не поменяешь прописку. И стоит шефу подвыпить, как он говорит о детстве - ставок, в котором нырял, школа, где блистал в футбольной команде, первая любовь, которую тоже обещал забрать в Киев, но так и бросил в Луганске.


Котлеты вышли отменные. Как всегда. Но шеф усмотрел в этом факте неожиданный для меня подтекст.

- Дело, друзья, в племяшке, - сказал он за общим столом. - Чувствуется, что помогала. Кстати, Ирина, а где же она?

И пока я хлопала глазами, послал за племяшкой водителя.

Господи, дай мне силы не возненавидеть дочку старшей сестры! Это она, моя Люся, толкнула меня ехать в Киев. Она подсказала фирму, которую создал наш земляк. Она поддержала меня после смерти мужа - добрая, умная, светлая и очень несчастная, потому что так и не вышла замуж, и потому что вот уже два года борется со страшным диагнозом.

Племяшка, конечно, приехала, и охотно пила и ела. И ввела в уныние наших баб, самой молодой из которых - как и мне 35, а самой старшей - полтинник. И они все смотрели на меня с укором, но что я-то могла? Только рыдать невидимыми слезами, глядя, как бьёт хвостом наш возбудившийся патрон.


Я подслушала их разговор. Не из ревности, вовсе нет! Из чувства ответственности за племяшку. Должна же я её предостеречь от связи с женатым мужчиной? Они курили в его кабинете и плохо закрыли дверь, а я стояла за ней в темноте и наблюдала в щёлочку.

- Какая ты... - высказал он ей, задохнувшись. - Умопомрачительная! Лесной ландыш на городской свалке. Просто рассудок теряю... Одно твоё слово, и будет всё - квартира, путешествия...

- И любовь? - спросила племяшка.

- Та я уже влюблён в тебя по уши, разве не видишь?

- Вижу. - сказала она. - А ещё я вижу, что ты главный в мире обманщик. Безжалостный убийца косуль, и уши у тебя острые, волчьи, как... У меня.

- Точно. - рассмеялся Виктор Сергеевич. - Ушки у нас одинаковые. И бровки широкие, с изломом. Постой-ка, постой, и форма пальцев тоже. Да это же просто судьба, мы созданы друг для друга.

- И судьбу зовут ласково - Люся... - сказала моя племяшка.

- Причём здесь Люся? - мой шеф затащил-таки племяшку к себе на колени.

- А притом, что первой косулей была она - твоя любовь, девочка Люся.

- С чего ты взяла? - вдруг хрипло спросил мой шеф. - Я не рассказывал это Ирине.

- Всё очень просто. - рассмеялась племяшка и совершенно фамильярно щёлкнула шефа по носу. - Кстати, скажу без балды - приятно сидеть на коленях у всемогущего папани.

Она спрыгнула и гордо продефилировала из кабинета, не заметив меня в темноте.

- Ирина! - заорал в телефонную трубку шеф. И я услышала, как в соседней комнате запел мой мобильный: "А нам всё равно..."

- Да. - зашла я к нему кабинет.

- Как зовут твою сестру? - спросил он, слегка задыхаясь (будто разгрузил вагон угля).

- Люся.

- И она училась в пятой школе? Жила по улице Ленина? Занималась в балетной школе? ...И-и... Родила без мужа?

- Откуда вы знаете, Виктор Сергеевич?

- Откуууудаа... Откуда?! От верблюда! - крикнул мой шеф и, уронив голову в руки, тихонько заскулил.


© Марина КОРЕЦ


Перепечатка и любое использование материалов журнала без согласия редакции запрещены!