Наброски - женский литературный журнал
Женский литературный журнал
Главная
Новости
Проза
Статьи
Поэзия
О нас
Ваши истории
К новым авторам
Знакомства
Контакты
Каталог женских и литературных ресурсов
Гостевая книга
Форум
Поиск
Женский литературный журнал
Рассылки Subscribe.Ru
Подпишись на анонсы
новых поступлений

Наш журнал в Twitter

Наш журнал в Вконтакте

Журнал Наброски в формате RSS









Rambler's Top100



Яндекс цитирования

Love.Linx.Ru - Любовь, знакомства, общение

Украинская Открытая Ассоциация Организаций, Групп и Лиц, работающих с детьми, страдающими онкозаболеваниями Жити завтра, Ми поруч, Киев





Потому, что люблю...

Моя хитрость сработала, и Сидор, собирая друзей, велела без Серёги не являться.

Я, разумеется, приглашение передала и от себя добавила, что Наташка назвала его красавчиком с демоническим взглядом. Боже, какое брожение вызвала эта ложь в крови моего протеже!


Человек ко всему привыкает - к роскоши и нищете, к любви и разлуке. Привыкает к красоте и уродству, к предательствам и благородству. Не привыкает только к одному - к чуду, потому что чудо - вещь эксклюзивная, его не бывает много. Когда я была маленькая и любила только маму, я всё время находилась в творческом поиске - чем бы её удивить? Реальных чудес не хватало, и я их придумывала. В памяти остался обрывок из детства: я в углу, а мама размахивает ремнём. "Почему ты всё время врёшь?" - кричит она в отчаянье. Я "набычилась" - молчу, потупив глаза. "Потому, что тебя люблю" - вертится на кончике языка, но сказать боюсь, а вдруг и этому не поверит?

Волшебный мир детства рассеялся, как туман, подстёгнутая маминым недоверием, я научилась врать убедительно. Теперь уже не из любви к маме, а из чувства самосохранения. Поднаторев в этом неблагородном искусстве, я сделала удивительное открытие: тех, кто не врёт, единицы. Большинство людей врёт и в крупном, и в мелочах. Кто-то затем, чтоб выделиться, быть в центре внимания, кто-то - из корысти и подлости. Но самая распространённая ложь - лицемерие. Бойтесь комплиментов и сладких речей, как правило, это грубая лесть.

- Ирочка Михайловна! Вы такая умница, такой талантище, на вас всё производство держится, - заливается соловьём одна моя знакомая. Облитая мёдом дама и смущена, и тронута. Она идёт на уступки, делает исключения.

- Уломала-таки эту сучку! - со злобным удовлетворением восклицает льстица, опустив на рычаг телефонную трубку.

Лицемеры вскрывают людей, как медвежатники сейфы, получая всё необходимое. Они бездельничают на службе, оставаясь на хорошем счету, они собирают сплетни, влезая к наивным в доверие. Они дружат с власть имущими, сытно кормясь с хозяйского стола. Но Бог с ними, завистниками и злопыхателями. Как бы ни маскировались, как бы не крестились фальшиво, а наказание им уготовано. Бога не обманешь, он всё видит. Я ж о другом вранье - том самом, детском, невинном, замешанном на любви во имя прекрасного чуда. Лжи во спасение.


В красивом северном городе, где мне довелось когда-то работать, я выдала замуж сразу двух подруг, замесив их семейное счастье на дрожжах искусной лжи. Первую звали Сидором. Маленькая, чёрненькая, смуглая, с блестящими маслинами глаз, она из любой ситуации выжимала капельки радости. Наши конторские мальчики любили её, как своего в доску товарища, но по-мужски почему-то охотились за другими. Наташке было 28, у неё росла дочь от женатого мужика, и она иронично называла себя матерью - одиночкой. Иллюзий на замужество не питала и поэтому, а может в силу природной доброты, относилась к противоположному полу по-матерински, невольно исключая этим развитие других отношений. На пьянки-гулянки мы собирались у Сидора, и однажды, в минуту нетрезвой слабости, она призналась мне, как соскучилась по мужчине.

- Разбуди меня посреди ночи, усталую, измученную, и спроси - хочешь целоваться? Я от радости подпрыгну - хочу! - с подкупающей самоиронией откровенничала она на кухне, под скворчанье сковородки с картошкой.

Её признание долго мучило меня, не давая покоя. Ну почему хорошие, умные, добрые девчонки, способные по-настоящему осчастливить мужчину, остаются невостребованными в любви? Однажды на дне рождения подруги детства за мной приударил незнакомый парень. Он был умён, работал архитектором, но я терпеть не могла блондинов. К тому же изящного роста. "А ведь он подойдёт Натахе! - мелькнула мысль, - вот только как бы их познакомить"?

На очередную гулянку я притащила с собой Серёгу, но он тихо и незаметно просидел в углу, кидая на меня тоскливые взгляды.

- Как он тебе? - спросила я Сидора.

- Никак, - пожала она плечами. - Какая-то моль запечная.

- Ни хрена ты в людях не разбираешься! - возмутилась я. И, не отходя от истины, перечислила все достоинства Сергея. И когда в маслинах-глазах зажёгся огонёк интереса, "между прочим", добавила, - А он тобою интересовался! Всё, паразит, заметил, и что фигурка красивая, и что характер лёгкий, и остроумие...

Моя хитрость сработала, и Сидор, собирая друзей, велела без Серёги не являться.

Я, разумеется, приглашение передала и от себя добавила, что Наташка назвала его красавчиком с демоническим взглядом. Боже, какое брожение вызвала эта ложь в крови моего протеже! Стараясь соответствовать произведённому впечатлению, Серёга так фейерверил, что сумел очаровать всех присутствующих. Но разве могли они тягаться с Сидором, излучавшей просто магическое сексуальное притяжение!

Они поженились через несколько месяцев, родили вторую дочь и были очень счастливой парой. К сожалению, недолго. Через пять лет Сергей умер от почечной недостаточности, несмотря на титанические усилия Натахи по его спасению. Видно, на роду моей милой подружке была написана участь матери-одиночки!


С Танькой Парфенковой всё обошлось без драм. У этой весёлой оторвы всегда хватало мужиков, вот только в загс вести никто не спешил. Однажды я попала в компанию, где все подтрунивали над 30-летним холостяком. Игорь был хорош по всем статьям, к тому же имел талант делать бизнес из воздуха. А с женщинами расставался по одной-единственной причине - они слишком откровенно посягали на его свободу, и он в паническом ужасе разжимал их смертельные объятья.

- У него случайно нет сестры? - поинтересовалась я. - Игорек с Танюшкой - просто близнецы. Та тоже замуж ни в какую, даже Абдулова отшила. Она у Ленкома лишний билетик стреляла, а он на её мини юбку запал. Естественно, после спектакля встретились, шуры-муры, и всё такое. Помнишь, он в апреле с концертом сюда приезжал? Так это за нашей Танюшей. В Москву с собой звал, говорил, что соскучился по искренности и душевной чистоте. Москвички же совсем не такие!

- И она отказала? - ахнули мои слушатели.

- Ага. Глупая! Я же сразу сказала - копия Игоря!

Он сам захотел с ней увидеться - много ли в мире наших двойников? А хитрая, да и подготовленная мною, Танька правильно повела политику. В Игоре, всю жизнь ощущавшем себя дичью, проснулся инстинкт охотника, а Таня умело позволила себя не сразу "подстрелить". Их брак продержался чуть больше года. Начальник Игоря, прознав историю его женитьбы, был так заинтригован Танькой, отвергнувшей самого Абдулова, что решил испытать свои силы. И... нечаянно отбил чужую жену.


Моё третье чудо зовут Фаиной. Она так скромна и столь очевидно не привлекательна, что замуж так и не вышла. Но сколько же сокровищ хранит музыкальная шкатулка её души!

- Неужели никто, ни разу не оценил твоей красоты? - спросила я пять лет назад, попав на её сорокалетие. Фаина, пригладив ладошкой жидкие рыжие волосы, села за старое пианино и слабеньким, но прочувствованным голосом спела:

- Да, был один чудак, который молвил так: "вы как цветок прекрасный, девушка Фаина"!

Большая родинка на её верхней губе скатилась горошиной к неровным зубам. Господи, ну почему ей никто не подсказал, что родинку можно удалить, а на передние зубы поставить коронки! И брови выщипать, и волосы подстричь по-другому, и не носить эти жуткие кофты!

На восьмое марта я нарвала у знакомых в деревне огромный букет тюльпанов, положила на резиновый коврик у её дверей и нажала на кнопку звонка, быстро взбежав наверх. Через час она позвонила мне и попросила придти. Я стояла перед ней, втянув голову в плечи, почти не сомневаясь, что разоблачена и получу втык за свою благотворительность. Но Фая, неуловимо похорошев, прошептала:

- Помнишь, я рассказывала тебе про своего поклонника? Кажется, он объявился! Положил у дверей букет цветов, позвонил и сбежал!

- Ты хочешь его найти и сказать спасибо? - испугалась я.

- Боже упаси! - успокоила меня Фаина. - Он, должно быть, женат... Но тот факт, что он меня помнит… Знаешь, я вдруг ощутила себя полноценной женщиной!

С тех пор невидимый поклонник не упускает случая напомнить Фаине, что она достойна любви, пусть даже только платонической. Открытки со стихами, коробки конфет, нитка искусственного жемчуга на день рождения и сверкающий шар на ёлку... Это наполнило её одинокую жизнь волнующей тайной, дало надежду на будущее, избавило от комплекса неполноценности и зажгло в глазах тот огонёк, без которого даже красавица теряет свою привлекательность.


Моей маме уже за семьдесят, она живёт прошлым и путает настоящее. Она хочет, чтоб все были счастливы и страдает моей детской болезнью - приукрашивает действительность, наделяя людей несуществующими достоинствами. "Красивая, молодая женщина"! - говорит она о толстухе снизу, "интеллигентка до мозга костей" - характеризует скандальную старушку-соседку. "Ты ещё встретишь своего принца" - убеждает 60-летнюю пенсионерку, от которой муж ушёл к молодой. Не замечать недостатки и верить в чудо - прерогатива детства, и я ей в чём-то завидую. Мои розовые очки давно помутнели, а из оправы выпали винтики. Мне лень придумывать сказки и устраивать чью-то жизнь. Я слишком честна, чтобы пополнить ряды лицемеров в борьбе за жизненные блага. И слишком самокритична, чтобы верить льстецам. Но встречаясь с грубостью сына... Но видя равнодушие мужа... Но сталкиваясь с эгоизмом подруг, по-детски прошу Деда Мороза: "Пусть мне тоже солгут"! Ведь если в жизни не хватает света, надо зажечь побольше свечек.


До Нового года остались часы... У меня не будет волшебного праздника, но есть его предвкушение. Я бросаю в сумку шоколадных зайцев и нежно-розовых пластмассовых поросят - подарки приятны в любом возрасте - и обхожу подруг и приятелей. Это не благотворительность, это "ченч" - мне дарят столько положительных эмоций, что я начинаю искриться.

- Какая ты красивая! - восклицает мама. - И молоденькая, как девчонка!

Обманывает во спасение? Или... Или?..

Да какая собственно разница? Мои щёки горят румянцем, и я искренне верю в чудо!


© Марина КОРЕЦ


Перепечатка и любое использование материалов журнала без согласия редакции запрещены!