Наброски - женский литературный журнал
Женский литературный журнал
Главная
Новости
Проза
Статьи
Поэзия
О нас
Ваши истории
К новым авторам
Знакомства
Контакты
Каталог женских и литературных ресурсов
Гостевая книга
Форум
Поиск
Женский литературный журнал
Рассылки Subscribe.Ru
Подпишись на анонсы
новых поступлений

Наш журнал в Twitter

Наш журнал в Вконтакте

Журнал Наброски в формате RSS









Rambler's Top100



Яндекс цитирования

Love.Linx.Ru - Любовь, знакомства, общение

Украинская Открытая Ассоциация Организаций, Групп и Лиц, работающих с детьми, страдающими онкозаболеваниями Жити завтра, Ми поруч, Киев





Ожидание

- Роди мне сына, и будешь купаться в роскоши. Анна Мария - прекрасно, но мне нужен наследник! Я куплю вам квартиру, машину, буду давать на карман, устрою на хорошую работу. Разве это не лучше, чем обслуживать серого клерка?


Он приезжает ко мне на джипе - сверкающем, как антрацит на солнце, и дворовые бабки, дрожа от любопытства, вытягивают из коконов тел черепашьи шеи. Они уверены, что обладать подобной машиной может исключительно мафиози, а кто ж тогда я - валютная проститутка? Нежный осенний вечер (бонус за душное лето?) мягко тает, гася закат серыми крышами пятиэтажек и грязными лужами дырявого водопровода. Я ненавижу свой пролетарский район, где начало весны знаменуют не грачи, а эти старые сплетницы, мгновенно оккупирующие лавочки до первых осенних дождей. Где дороги изъедены ямами, а на прилавках магазинов дразнят мух печенье и пряники советского образца, искусственные колбасы, пахнущие туалетной бумагой, и ржавая селёдка.

- Ну как ты? - спрашивает Он, - Что получила сегодня?

- Два бала.

- Лёня, готовь ремень, - бросает Он шутливо водителю.

- Два балла - это хорошо, - объясняю я снисходительно, - наш универ на Боллонской системе.

- Какой-какой? - удивляется мой древний друг.

- Да ладно, какая разница! В какой ресторан поедем?

Есть не хочется, а пить нельзя - Он завязал с этим год назад, когда стал отказывать мотор. Значит, закажем что-нибудь изысканное - шашлык из сёмги или фаршированных кальмаров. С тех пор, как Он бросил пить и пошёл в спортзал, его мышцы ожили и обрели рельеф. А вот глаза потухли, утратив хоть и хмельной, бесовской, но всё же живой огонёк.

- Ну как там Анна-Мария? - спрашиваю я ревниво. ( Ну не глупость ли несусветная - прикипеть душой к чужому ребёнку?)

- Портится на глазах, - досадливо морщится Он. - Маленькая копия Нины Сергеевны. На уме только наряды и развлечения.

Нина Сергеевна - Его жена, предмет любви и ненависти одновременно. Когда-то, будучи молодым специалистом, Он привёз её из деревни - простую и незатейливую, как куриное яйцо. Но из яичка вылупилась не уютная домашняя курочка, а опасная гремучая змея. За тринадцать лет от доброй, слегка неуклюжей девчонки не осталось даже следа, резко похорошевшая (не без помощи хирурга-пластика) и крайне остервеневшая особа прочно угнездилась в Его жизни и сердце, приспособившись кормиться нервами, кровью и энергией. Рождение малышки Анны Марии укрепило её позиции настолько, что Нина Сергеевна открыто имеет любовников, вынуждая мужа закрывать на это глаза. Надо ли говорить, что обиженный и униженный, он отдал весь пыл одинокого сердца дочке, этому маленькому златокудрому монстрику, которого я ровно год безуспешно учила английскому?

Джип тормозит у элитного ресторанчика. Мы выбираем столик у окна, где вместо отрезка улицы - кусочек морского дна с ленивым фланированьем откормленных рыбок.

- Почему, интересно, бандиты, помешаны на рыбках и голубях? - вопрошаю я риторически. Не-ет, Он своих не даёт в обиду!

- Мася, твоя классовая непримиримость к буржуазии попирается здоровым аппетитом растущего организма, - парирует лениво. - Поэтому уймись, расслабься и не злословь. Я презрительно усмехаюсь, но заказываю малосольную сёмгу, стейк из севрюги и трюфели с клубникой. (Всё вместе баксов на сто, не меньше!) Он тоже берёт себе несколько блюд, но как всегда лишь поковыряет их вилкой. Апатия к жизни сопровождается потерей аппетита. Единственное, что Его ещё заводит, так это путешествия. На днях Он уезжает с дочкой в Португалию. "Соскучился что-то по тамошней музыке и колориту национальной кухни" - вот вам прихоти новых украинцев!

- Ну как твой пингвин? - спрашивает Он иронично. - Ещё не надоел?

- Пишет диплом. - отвечаю я сухо. - Не надоел.

- Ты неплохо устроилась. Я тебя развлекаю, а удовольствие получает пингвин. Когда ты станешь моей любовницей?

- Корень этого слова - "любов", - по- учительски назидательно отвечаю я. - А у нас с тобой дружба от скуки.

- Ты хочешь сказать, что не бабло определяет сексуальность мужчины? - с горьким сарказмом напирает Он.

- О вкусах не спорят, - с наслаждением перетираю зубами янтарно-розовые ломтики сёмги. - Мне нужна любовь, а не сексуальность. А мальчик в меня влюблён.

- Он - в тебя, - подчёркивает мой ядовитый друг. - А ты? Ты-то сама-то способна любить?

Ах, не надо давить сапогами на мою любиму мозоль! Способна ли я на любовь? Я, симпатичная, стройная, чувствительная девушка 22 лет! Надо безнадёжно состариться, истрепаться и пресытиться благами жизни, чтоб не увидеть во мне этот огонь, не затухающий ни на минуту. Эту обжигающую потребность безмолвной, но в миллион раз выразительней слов перестрелки влюблённых глаз, нежных прикосновений, обморочно сладких сплетений рук, ног и губ. Я готова отдать за любовь самую высокую цену - свою преданность, неприхотливость в быту, даже не свойственную мне покорность. Но за ЛЮБОВЬ, а не то, что мне предлагает Он и десятки подобных самцов.

- А ты знаешь, что это такое? - отражаю его удар, не скрывая иронии.

- Когда мы с Ниной поженились, - вспоминает Он, умаслившись взором, - то у нас был такой звёздный секс, что она ходила за мной по пятам. Даже караулила у туалета!

"Ну как?" - вопрощают его глаза. "Съела? Завидуешь? Заинтригована?!"

Я давно уже сделала вывод, что чем слабее мужчина в интимных вопросах, тем больше любит о них говорить. Издёрганные нервы и чрезмерные возлияния, отпечатавшись ранними складками у рта и мешками под глазами, наверняка затронули главное! Но мы ведь о любви, а не о сексе! Впрочем, для многих двуногих это одно и то же.

- У моего пингвина, как любишь ты выражаться, с этим полный ажур, - подливаю масла в огонь.

- Мася, - ласково трогает Он меня за руку. - Роди мне сына, и будешь купаться в роскоши. Анна Мария - прекрасно, но мне нужен наследник! Я куплю вам квартиру, машину, одену тебя, как игрушку, буду давать на карман две тысячи баксов в месяц, устрою на хорошую работу. Разве это не лучше, чем обслуживать серого клерка, стирать носки и варить борщи?

Официант приносит душистый стейк из севрюги, украшенный свежими овощами.

- М-м-м, вкуснятина! - отправляю я в рот аккуратный кусочек. - Ты будешь каждый день кормить меня этим? Тогда я согласна! Но если встречу принца - у тебя никаких претензий, идёт?

- Если ты встретишь принца, то принцессой стать не успеешь, сразу будешь вдовой! - больно сжимает он локоть. - Чтоб моего сына какой-то урод воспитывал?

- Не урод, а принц, - поправляю я.

- Принцев не бывает! Есть конкретные пацаны, вроде меня, пингвины и уроды, - важно заявляет соискатель моего тела.

...Жизнь быстротечная штука, что ни говори. Вчера женился Антошка Липкин, друг моего нежного детства. Мы вместе собирали майских жуков в пустые спичечные коробки, бегали на карьер купаться и, лёжа под звёздами на крыше сарая, мечтали стать врачами, чтоб придумать лекарство от старости. Мы совпадали почти во всём - реакциях и оценках, вкусах и настроениях, кроме одного - роста. Мои метр семьдесят пять угнетали его метр шестьдесят четыре, и это было сильнее нас и веянья времени, в котором тостопузые коротышки с гордостью выгуливали подиумных журавлиц. Там, наверху, где владельцы коз сушили душистое сено, мы, объятые чёрной Вселенной, решали уравнение собственной жизни разными вариантами. Вот, к примеру, мы женимся на других, а сами становимся тайными любовниками. Но хитрость, обман и двойной стандарт убьют наше светлое чувство. Другой вариант - идём под венец, рожаем потомство, сбиваем компашку из чудаков и живём в своём измерении. "Ты только сразу пообещай, что не будешь носить каблуки", - просит о невозможном мой наивный дружок.

Он женился на дюймовочке, хищной, как аллигатор, и прожорливой, как слониха. Но перед свадьбой заехал ко мне, и мы залезли на крышу, чтоб чуть-чуть подержаться за руки. А когда он уходил к остановке по заплёванной семечками тропинке, такой маленький и беззащитный, моё сердце сжималось и плакало, как будто красавец корабль бросал меня навсегда на необитаемом острове.

Я сижу на балконе в старой маминой куртке, в душе пустота, о чёрный асфальт бьётся мелкая морось. Вот ведь как бывает на свете - ещё вчера остро пахло летом, и можно было гулять в одном платье, а сегодня - безнадёжная осень и тоска увяданья. На свадьбу я не пошла, зачем мне этот колхоз, где принц претворяется нищим. И со своим пресным мальчиком порвала. Надоело заниматься селекцией - совершенствовать в его лице убогую мужскую породу. К тому же учёные говорят, что любой трансгенный продукт смертельно опасен для жизни.

- Доча, почему ты всё время одна? - закидывает старую удочку мама. - Останешься старой девой.

- Девственность мне не грозит, - пытаюсь вяло её успокоить, - А старость, как ты знаешь, неминуема.

- Юмор - хорошее качество, но для счастья важней другое - мудрость, практичность, хозяйственность, - обижается та, что меня родила.

Мама-мама, неужто ты веришь в эту чушь? Почему же ушёл отец от твоих фантастических борщей и волшебных блинчиков, от чистоты и порядка в доме, от твоей нетребовательной преданности и терпеливой мудрости?

Может, пройдёт с пол десятка лет, и я горько пожалею о том, что не слушала сердце. Не поступила в медицинский, не вышла замуж за Липкина. Не родила ему мальчика и девочку, выправив своими рослыми генами его деликатно-мелкую породу, чтобы потом, сцепившись в одно созвездие, мы сделали невозможное - никогда-никогда не состарились. А может, наоборот, я порадуюсь, что не пошла на поводу у детских иллюзий, не проглотила наживку владельца джипа, не выскочила за "пингвина", рядом с которым ни разу не замерло сердце? Потому что нынешней осенью... Или ветренной, снежной зимой... Или с первым весенним солнцем встречу вдруг незнакомца, которого жду с рождения - родного до мозга костей, центр моей личной Вселенной, где ничего не боишься. Ни скуки, ни разницы в росте, ни старости, ни даже смерти.


© Марина КОРЕЦ


Перепечатка и любое использование материалов журнала без согласия редакции запрещены!