Наброски - женский литературный журнал
Женский литературный журнал
Главная
Новости
Проза
Статьи
Поэзия
О нас
Ваши истории
К новым авторам
Знакомства
Контакты
Каталог женских и литературных ресурсов
Гостевая книга
Форум
Поиск
Женский литературный журнал
Рассылки Subscribe.Ru
Подпишись на анонсы
новых поступлений

Наш журнал в Twitter

Наш журнал в Вконтакте

Журнал Наброски в формате RSS









Rambler's Top100



Яндекс цитирования

Love.Linx.Ru - Любовь, знакомства, общение

Украинская Открытая Ассоциация Организаций, Групп и Лиц, работающих с детьми, страдающими онкозаболеваниями Жити завтра, Ми поруч, Киев





Бесприданник

Умнице дочке перевалило за четверть века, и надо было срочно что-то решать. Гениальная мысль - подыскать малышке положительного, управляемого мальчика из бедноты пришла в голову заботливой маме.


Все сложилось так, как и должно было сложиться: мисс Страшко набросилась на Валерика, как голодная кошка на сосиску.

- А ему-то что? - хвастливо гладил себя по ширинке Валерик, делясь приключением с другом и по наивности не понимая, в какой капкан угодил. - Он, как пионер, всегда готов.

- Ну а шеф тебе шею не скрутит? - опасливо интересовался друг.

- Главное, чтоб жениться не заставили, - посмеивался Валерик, не догадываясь, как недалеко он от истины.

Стеша была старше Валерика на три года. Она уже закончила юридический и работала адвокатом в частной фирме, но богатые клиенты не клевали на бесцветное, бесбровое, вытянутое личико, приветливо встречающее их лошадиной улыбкой. Перспектива безбрачия была темой номер один в семье Куликовых, давно имеющих все необходимое для счастья дочери: добротный дом в престижном районе, дачу у моря и кругленький счет в надежном банке. Старый, еще по молодости заключенный уговор с отцовским другом - породниться, слить капиталы, как только вырастут дети, был беспардонно рассторгнут со стороны жениха, ввиду непривлекательного Стешиного экстерьера. А умнице дочке между тем перевалило за четверть века, и надо было срочно что-то решать. Гениальная мысль -подыскать малышке положительного, управляемого мальчика из бедноты пришла в голову заботливой маме.

- Ну и что ж, что из простой семьи, - убеждала она мужа. - Зато будет под нашим контролем!

- Теория не плоха, но как осуществить практически? - злился отец. - Устроить кастинг женихов и соблазнять их приданным?

- Устроить кастинг водителей, - подсказала мудрая мать. - А приданным, поверь, они и сами соблазнятся.

Валерик сразу понравился Куликову - отслужил в армии, вежлив, спортивен, из трудовой семьи. Обкатав парнишку на фирме, он приставил его к дочери - возить на работу и с работы, в бассейн и по магазинам. Умная девушка не подвела. Она сама, без подсказки, учуяла добычу и выбрала верную тактику. Расположив милашку-водителя покладистым характером, умело преодолев барьер плебейской застенчивости, она нашла удобный повод пригласить его в свое уютное гнездышко. Выходя из машины, Стеша как бы "подвернула" ногу, и Валерику ничего не оставалось, как благородно взять ее на руки. Отпускать благодетеля без благодарности было не в Стешиных правилах и она настояла на совместном ужине. Утопая в мягком кресле и потягивая через трубочку коктейль, Валерик чувствовал себя Одиссеем, попавшим во власть сладкозвучной сирены. Ни одна знакомая девчонка не умела так говорить, так трепетно касаться пальчиками его руки, так смущаться. Разве мог он тогда предположить, что Стеша краснела от собственных мыслей. И так велика была накопившаяся в ее сердце страсть, так истомилось по ласке тело, что Валерика словно магнитом притянуло в ее объятья.


Новость, что минутная слабость имеет конкретный плод и должна закончиться браком, застала его врасплох. Нет, он хорошо относился к шефу и не испытывал антипатии к его дочери (прозванной мысленно мис Страшко), но связать с ней всю свою жизнь, отказаться от беззаботной холостяцкой жизни в 22 года - это было бы слишком. Однако выбора не оставалось, и об этом в решительной форме сообщил ему будущий тесть.

- Самый крепкий брак - брак по расчету, - утешала Валерика Стеша, когда тот бессловессным телком предстал поутру пред очами. - Тебя родители часто баловали?

- Какое! - вздохнул Валерик.

- Ну вот, - обрадовалась невеста-самозванка. - А я тебя буду баловать!

Никогда еще Валерка Иванков не чувствовал себя таким растерянным и беспомощным, как в этот промозглый январский вечер. Ну какой он к черту мужик, если даже жениться не может по собственному желанию! А еще говорят, человек-хозяин своей судьбы. Разве такую судьбу добровольно выберешь: старая пятиэтажка на окраине города, затурканный работой отец, больная, измотанная заботами мать, аксельратка-сестра, не желающая учиться. На завтрак, обед и ужин - картошка с солеными огурцами. Носки и рубашки - в подарок на день рождения, одна пара приличных туфель на двоих с батяней. В армии, только там он ощутил себя на высоте, был уверен в завтрашнем дне, свободен от унизительной бедности. В армии ценят не по кошельку, а по характеру, силе, отваге. Может, зря он не послушался прапора и не остался служить по контракту?

Свадьбу устроили пышную. В роскошном платье с нежными розами Стеша смотрелась мило, а Валерик в белом костюме - вообще голливудской звездой. Дорогой ресторан, респектабельные гости, красивые слова и нежный Стешин взгляд убаюкали на время все сомнения и тревоги. Если бы не Оксанка...

Ну зачем, зачем родная сестра притащила на свадьбу подругу! Они не виделись лет пять или даже шесть, но вкус этих сладких губ остался с ним навсегда. Он головокружительно вспыхивал в памяти на проводах, когда за столом сидели покладистые, но совсем чужие девчонки, в армии, когда он узнал из письма, что Оксанка сбежала из дома с каким-то богатым грузином, и потом, в первые месяцы дембеля, когда жадно наверстывал упущенное. И вот теперь его первая нетленная любовь, сверкая изумрудными глазами, сидела почти что рядом, за одним столом.

- Ну как тебе Ксанка? - хитро шепнула сестра.

- Никак, - равнодушно пожал он плечами. И, чтоб досадить интриганке, лживо добавил - Она растолстела!

Оксанка перехватила его у туалета, когда гости пустились в пляс, а невесту заключил в объятья ошалевший от выгодного родства пьяненький папаша Валерика.

- Так я растолстела? - прижалась она к жениху пышным, выставленным напоказ бюстом. - И в каком же месте, покажи?!

Он целовал ее прямо в мужском туалете, не боясь быть пойманным и заклейменным. И вероломно отрекался от Стеши, клянясь, что ее не любит. Дальнейшее развитие отношений было предрешено. И остаток свадебного вечера Валерик горел огнем нетерпения поскорей заграбастать Оксану. С того момента и началось его раздвоение личности. Иметь любовницу личному водителю жены оказалось делом непростым, но Валерик проявлял чудеса изобретательности. Встретиться удавалось, пока машина стояла на мойке, на станции техобслуживания или у родительского дома (надо ж навестить стариков!) Сложнее оказалось с финансами. Оксанка сразу дала понять, что такие женщины, как она, даром не достаются. И предпочитала принимать знаки внимания в денежном эквиваленте.

Странно, но обожая подругу физически, Валерик не терял привязанности к жене. Более того, эта привязанность становилась отчетливей, а достоинства Стеши - ярче на фоне удручающих минусов любовницы. Жена заботилась о нем, как о ребенке - старалась повкуснее накормить, помоднее одеть, порадовать каким-нибудь сюрпризом. Рядом с ней Валерик чувствовал себя другим: ему нравилось, когда вечерами Стеша читала вслух книжки, льстило, что она с ним советовалась по пустякам, разговаривала о высоких материях. С Оксанкой все было наоборот. Она любила поиграть на нервах, покапризничать, заставить поревновать и неустанно, беззастенчиво вымогала деньги. С ней он становился примитивным, пошлым животным. Человек и волк уживались теперь в Валерике, и кто победит, он не знал: то ли человек застрелит животное, то ли зверь растерзает человека.

За неделю до родов, в сентябре, Стешу положили в роддом под наблюдение врачей, и Оксанка, давно поджидавшая этот момент, напросилась к любовнику в "хоромы". Они пили дорогое вино, крутили dvd и кувыркались на супружеском ложе, когда зазвонил телефон, и тесть, непривычно дрогнув голосом, поздравил Валерика с сыном.

- Каким сыном? - не поверил тот своим ушам. - Но ей же рожать через неделю.

- Малыш решил сделать по-своему, - рассмеялся новоиспеченный дедушка. - Сейчас Стеша спит, а утром тебя к ней пропустят.


Как странно устроен мир! Еще минуту назад Валерик и думать забыл о жене, а теперь ее грубоватое, но источающее нежность лицо, иконой застыло перед глазами. Как там она, одна-одинешенька в унылой больничной палате? Не болит ли живот? Не кружится ли голова? О сыне он думать боялся. Великая загадка бытия, как из ничего появляется новая жизнь, не укладывалась еще в голове.

- Иди ко мне, - потянула за шею Оксанка, - я соскучилась!

Он взглянул на ее безупречное, будто вылитое из целлулоида, тело, на пирсинг в пупке и приоткрытый вишневый рот и ...впервые не почувствовал вожделения. Мысли по-прежнему крутились вокруг жены. Вспомнились вдруг руки с длинными нежными пальцами, так ласково перебирающие его волосы перед сном, ее запах - луговой травы, голос - мягкий, негромкий (не то что децибеллы Ксанки), и в носу защипало. Господи, да неужели он ее любит? Такую угловатую, бесцветную, такую безнадежную мисс Страшко?


Стеша лежала расслабленно на кровати и с бесконечной нежностью наблюдала, как работает ротиком сынишка. Грудь немного побаливала, а каждый прилив молока был похож на легкий, томящий ожог. Боль на грани блаженства... Или блаженство на грани боли? Вот и свершилось в ее жизни самое главное - она стала мамой, протянула в бессмертие ниточку, выполнила главное предназначение женщины. Жаль, конечно, что рядом с ней нет Валерика, а может быть, это к лучшему. Невыносимо было бы увидеть равнодушие в его глазах, почуствовать в голосе фальшь, ощутить холодок в объятиях. Уж лучше побыть вдвоем, насладиться гармонией с сыном, кто знает, надолго ли это счастье?

- Завтра утром придет твой отец, - шепчет она младенцу. - И сразу тебя полюбит! Полюбит твой носик, твои щечки, твои молочные глазки, какого ж они будут цвета? Жаль только, что никогда не полюбит меня. Но это, сынок, не беда, мне хватит твоей любви, ведь для ребенка мама - самая красивая женщина.

Дверь палаты тихонько приоткрылась и в образовавшуюся щель заглянуло виноватое лицо медсестры.

- Стешенька, вы не спите? Тогда посмоторите в окно, это не ваш там шоу устроил?

- Какое шоу? - недовольно оторвалась от сладкого созерцания Стеша.

- Транспарант натянул, букет из гелевых шаров к дереву привязал.

- Не мой, - усмехнулась Стеша. И почувствовала легкий укол уязвленного самолюбия, - А что на транспаранте написано?

- "Жена, спасибо за сына! Я вас очень люблю!" - ответила медсестра.

- У моего не хватит фантазии, - беззлобно констатировала Стеша, и мысленно добавила: "И любви, разумеется".

Сынишка наелся и отвалился на спинку, забыв закрыть ротик. Солнышко мое, до чего ж ты красивый! Стеша сцедила, как положено, остатки молока и подошла к окну - что за Ромео потряс воображение медсестры? На улице было темно, шел дождь. На красном полотнище, прилипшем к машине, белой краской змеились буквы, ветер трепал букет шаров. Под старым тополем, нахохлившись, как воробей, курил какой-то паренек. Ну надо же, как любят кого-то! Что-то неуловимо знакомое почудилось ей в этом промокшем влюбленном, что-то необъяснимо родное. Мужчина поднял голову, и в просвете ветвей она узнала Валерика. Он тоже увидел ее и радостно выскочил под дождь. Холодные струи лупили безумца, а он приплясывал, размахивая руками, и не чувствовал дискомфорта! Счастливый человек в своем измерении...


© Марина КОРЕЦ


Перепечатка и любое использование материалов журнала без согласия редакции запрещены!