Наброски - женский литературный журнал
Женский литературный журнал
Главная
Новости
Проза
Статьи
Поэзия
О нас
Ваши истории
К новым авторам
Знакомства
Контакты
Каталог женских и литературных ресурсов
Гостевая книга
Форум
Поиск
Женский литературный журнал
Рассылки Subscribe.Ru
Подпишись на анонсы
новых поступлений

Наш журнал в Twitter

Наш журнал в Вконтакте

Журнал Наброски в формате RSS









Rambler's Top100



Яндекс цитирования

Love.Linx.Ru - Любовь, знакомства, общение

Украинская Открытая Ассоциация Организаций, Групп и Лиц, работающих с детьми, страдающими онкозаболеваниями Жити завтра, Ми поруч, Киев





Жора Окопов

...Они дышали и целовались. Потом дышали и целовались снова. Жора увидел бесконечные маленькие звёзды, которые обнимали друг друга, превращаясь в одно целое, потом рассыпались и немедленно собирались...


Жора Окопов лежал и думал, почему его так назвали. В школе его никогда не дразнили, в институте не давали никаких кличек. Отец не нашёл лучшего имени, и назвал сына своим. На работе ему говорили "Жора, вы..."

Жора снял всю одежду, и подошёл к зеркалу шкафа. Круглое лицо с отдалёнными серыми глазами. Широкие руки, широкие ноги, мышцы, которым не требовалась рельефность. Волосатое жороокоповское тело. Жора вспомнил, как трое подзаборных мальчиков просили у него закурить. Жора ответил, что у него кончились сигареты. Тогда один из них подошёл почти вплотную, и сказал, что толстожопому, т.е. Жоре, надо заплатить за удовольствие других. Жора никогда не занимался спортом. Снизу вверх, разворачивая плечо, он дал мальчику по соплям. Лучшей антиникотиновой рекламы до сих пор никто не придумал.

Жора ударил по ноге, ещё помнящим сопли кулаком, оделся и лёг на свою общежитскую кровать. Жора ненавидел дни, когда не надо было идти на работу. Работу свою он не любил. Он подумал, как хорошо быть евреем, потому что евреи работают в воскресенье. Но они не работают в субботу. Нет, евреи тоже не подходят. Надоело лежать и думать о своём теле, которое хотелось заменить, или совсем выбросить. Надо сходить к Воробью, Лёньке Воробьеву. У Лёньки двое детей и жена. Жена, которая называет Жору Георгием, и кормит домашними пельменями. Жора встал, развернул шкаф зеркалом к стене и пошёл к Воробью.


- О, вот и Жора. А то мы тут с Игорьком третьего ищем.

Воробей закрыл дверь, мелькая домашними трусами. Жора прошёл в кухню и поздоровался с Игорем.

- Игорёк, ты же не пьёшь.

- А разве третьего ищут только для того, что бы выпить?

Жора достал сигареты и спросил.

- А для чего ещё?

- Для беседы.

- Для какой беседы?

- О смысле существования.

Воробей достал бутылку водки и колбасу.

- Кому нужен твой смысл существования?

- Мой нужен мне, а твой - тебе.

- Значит, у всех разный? - спросил Жора.

Игорь поправил очки.

- Существование у каждого своё и общее одновременно.

- Разве так может быть?

- Так есть.

Воробей оторвался от колбасы и ножа.

- Жора, а он в институте таким не был. Худой был и водку пил, и свинину ел. А сейчас, плечи атлета, бицепсы. Игорёк, ты минеральную воду будешь пить?

- Буду.

Жора закурил и сказал.

- А причём здесь свинина, ты же не еврей.

Воробей начал разливать.

- И не татарин.

Игорь налил себе минеральной воды.

- У меня отец - еврей, хотя национальность не имеет значения. Не ем, потому что не хочу.

- Ещё скажи своё любимое - Дао. Жорик, туши сигарету и давай по первой.

- Подожди, а что такое Дао?

Игорь посмотрел на Жору, как на Жору. Ни в зеркало, ни в Игоря, а на Жору.

- Дао - это путь.

- Так, философы, софисты-реалисты, я предлагаю выпить за свободу выходного дня.

Жора выпил и вдохнул колбасу.

- Лёня, а твои где?

- Дети у бабушки, а Любашка скоро придёт, с подружкой. Имя у подружки интересное - Виолетта, а фамилия ещё лучше - Веснушкина.

- Как красиво, - сказал Игорь, - Виолетта Веснушкина.

- Чего тут красивого, какая-то несуразица. Жора, давай по второй.

- Давай за Дао, - сказал Жора.

- Игорёк, - Воробей взял бутылку с минеральной водой, - может, ты за Дао водки выпьешь?

- Дао существует с водкой и без. Важно увидеть. Кто увидел, тот не нуждается в водке.

- Ладно, за Дао, так за Дао.

Минуя все пути, Воробей опрокинул водку в желудок. Жора взял стакан, и налил себе минеральной воды.

- Игорёк, - спросил Жора, - а Он правда есть?

- Конечно, это - истина.

- Жора Жорыч, давай за Игорька. Мы же с первого курса вместе. Игорёк, ты не обижайся на нас, мы не злые, мы из-за того, что дураки.

- Вы не дураки, и не злые. Вы друзья, я это знаю.

Звон бокалов, рюмок, кружек, не важно. Не важно, чем наполненных. Важно, что звон чистый.

- Мужики, у меня же помидоры есть. Я сейчас.

Удобство маленькой кухни. Не вставая из-за стола, Воробей открыл дверку холодильника.

- Игорёк, а как ты Его нашёл?

Жора увидел, что от Игорька исходит свет. Как он раньше этого не замечал. Игорёк как Игорёк, обычные джинсы, обычная рубашка. Но свет, откуда свет? Изнутри? Но почему его видно? Или это кажется из-за водки.

- Не знаю, я понял, что я - это я, и никто другой, - сказал Игорь.

- Наверное, ты много читаешь?

- Читаю, но дело не в этом. Ни в одном писании невозможно прочесть то, что записано в человеке.

- Кем записано? - спросил Воробей.

- Нашим Создателем.

Воробей снова налил.

- Значит, - сказал Жора, - мы живём, что бы читать себя.

- Совершенно верно. Читать себя, уметь читать всё, что создано для нас, наслаждаться и наслаждать.

Воробей взял рюмку и поставил на место.

- Игорёк, хорошо, что ты не хочешь ехать к Средиземному морю. Хорошо, что ты с нами. Хотя, тебя не возьмут. Там только по матери берут.

- Какая разница? - спросил Жора.

Игорь дотронулся до висков ладонями, и сказал.

- Разница есть. Для них. Я думаю, у Него были сыновья.

Раздался звонок.

- Так, моя идёт. Мужики, давай за сыновей. Жора откроешь, а я пойду штаны одевать.


Первой вошла Виолетта, прозрачной занавеской с камешками ключиц. Жора отступил к стене, и чуть не сорвал зеркало.

- Здравствуйте, я Виолетта.

- Жора, - сказал Жора.

- Георгий, как хорошо, что ты здесь. Привет.

Любашка закрыла дверь.

- Привет, Люба.

Жора поправил зеркало и ушёл в арку, пропуская Воробья. Воробей сказал - Привет Виолетта, - и поцеловал Любашку.

- Так, водка, колбаса и старая майка. Сейчас я вас всех буду кормить.

Любашка прошла в кухню.

- Лёнька, надо почистить картошку. Игорёчек, привет, открывай икру и паштет. Георгий, Виолетта, надо принести два стула.


Кухня - память, Родина. Где из окна остывает помойка, одетая в мусорные баки. Где ругают соседей и выбирают депутатов. Где поют, где любят Высоцкого. Где пьют дешёвую водку и чай с вареньем.


- Любаша, - сказал Воробей, - а у нас выпить-то ещё есть?

- У меня есть, - сказала Виолетта и поставила стул.

- Виолеттка, - сказала Любашка, - не отдавай им всё.

- Ребяты, - Воробей обнял Любашку за плечи, - вы мультик помните про бабушку удава? Мы же под присмотром. "Ребяты, под присмотром можно всё". Правильно, Игорёк?

Игорь улыбнулся, и посмотрел на Виолетту.

- Я согласен.

- Ура, если Игорёк согласен, … так, жена, а ты Игоря с Виолеттой познакомила?

- Ты же сам только что познакомил.

- Да?! Ну и хорошо. Виолетта, жаль, что завтра на работу, но я готов заполнить пустое тем, что у тебя есть.

- Хорошо сказал, - сказал Жора, - сегодня даже раввин имеет право выпить. Они, кажется, только по субботам не пьют.

- Ладно, ребята, мы не раввины, - Воробей взял из рук Виолетты бутылку, - мы можем пить, когда хочется.

- Интересно, - сказала Любашка, а чем раввин отличается от других? Только тем, что по субботам не пьёт?

- Я думаю, - сказала Виолетта, - что дело не в этом. Просто у настоящего раввина в жизни больше суббот, чем у другого человека.

Игорь снял очки, и налил себе минеральной воды.

- Давайте выпьем, - Любашка быстро подняла рюмку, - за то, что мы вместе, за то, что нам вместе хорошо.


Жора уходил первым. Провожал Воробей. Закрывая дверь, Воробей сказал - Ты бы Ленке позвонил, она спрашивала.

Жора кивнул и ушёл. Не хватало избытка или недостатка. Жора не понял, что не хватает. Кафе "Чёрный лебедь". Лестница в подвал с чистыми ступенями. Жора сел за свободный столик и заказал коньяк. Рядом спорили, ругали всё и уважали друг друга. Жора не прислушивался, ему понравилась певица. Она выдыхала слова так, что ее грудь начиналась от самых плеч.


"Выходи ко мне навстречу
в жёлтом галстуке любви,
обниму тебя за плечи,
зацелую до крови.
Обними мои колени,
Поцелуй меня в бедро,
Мы помчимся на оленях
В подземельное метро".

За соседним столиком мужик без галстука поднял мизинец левой руки.

- Да я за друга, Колесова этого могу одним мизинцем... и всё. Понял? Я этим пальцем гирю поднимаю, ...тридцать два килограмма поднимаю, понял?

Сидящий напротив друг в коротком галстуке, опустил лицо с ямочкой на подбородке.

- Не надо, Анатолий, ну его, я сам.

- Ты что не веришь? Девушка..., девушка!

Подошла официантка в шапочке веером и с царапинами на руках.

- У вас гиря есть? - спросил без галстука.

- А давайте я вам минеральной воды принесу, настоящей горной.

- Так, гири значит, у вас нет.

- А может, огурчиков солёненьких, бочковых, как дома.

Мужик без галстука встал.

- Валёк, я счас.

Официантка ушла. Тот, кого звали Анатолий, уходил, начиная каждый шаг с пятки.

Песня закончилась, Жоре захотелось дотронуться до груди певицы. Певица перестала быть певицей и села за столик. Она выпила кофе, достала из пустой чашки лимонную дольку, съела и выплюнула косточки на пол. Жора допил коньяк, оставил с избытком деньги и ушёл.


Жора лежал на спине с закрытыми глазами. Ленка дотрагивалась до него подушечками пальцев.

- Жорик, какое у тебя сильное тело.

Захватывая ртом Ленкины губы, Жора перевернул её на спину.

- Подожди, не торопись, - сказала Ленка, - потом нечего будет делать.

Жора упал на притихшую простынь и спросил:

- У тебя путь есть?

- Какой путь?

- Ну, путь в жизни, по которому ты идёшь.

Ленка опустила руки на глаза Жоры.

- Жорик, о чём ты думаешь. Поцелуй меня.

Ленкины руки ушли от глаз Жоры, опустились ниже и остановились.

- Жорик, а хочешь я ртом сделаю?

- Не хочу.

- А может, ты выпить хочешь? У меня есть, хочешь принесу?

- Я больше не могу пить. Давай лучше покурим.

Они курили в кухне.

- Смотри, луна улыбается светом, - сказал Жора, - а я не могу.


Жора смотрел на заднюю стенку шкафа. Задняя стенка радовалась, что стала передней. Она не боялась своих старых трещин, как линий на ладонях. Жора оделся и пошёл звонить Воробью.

Трубку взяла Любашка.

- Георгий, они, по-моему, с Игорем куда-то собирались. Но телефон, конечно, ...у тебя есть чем записать?

- Я запомню. Подожди, потом телефон. Скажи мне, где она живёт?


Старая улица с усталыми домами. Весёлые стены. Деревянная дверь без звонка. Жора подумал, что настоящая дверь должна быть именно такой.

- А я знала, что ты придёшь.

Они дышали и целовались. Потом дышали и целовались снова. Жора увидел бесконечные маленькие звёзды, которые обнимали друг друга, превращаясь в одно целое, потом рассыпались и немедленно собирались. Он целовал её всю. Ни один, даже крошечный кусочек Виолеттки не остался без его губ. Он остановился на одно мгновение, что бы спросить, - а почему дверь без звонка?

- Я люблю, когда стучат.


Жора и Виолеттка сидели на общежитской кровати и смотрели в зеркало. Дверь открылась, в комнату вошли Любашка и Воробей. Виолеттка встала.

- Что случилось?

Воробей присел на кровать.

- Он пришёл, давай, говорит, выпьем. Ну и выпили.

Виолеттка взяла руку Жоры в свою.

- Ты что, гад! Ты же знаешь, что он не пьёт.

Жора кричал.

- Не ори, я знаю. Но ему плохо было. Я думал так лучше.

- Сколько вы выпили? - спросила Виолеттка.

- Одну бутылку. ...Ну, ...две.

- Ребята, это вчера случилось, - сказала Любашка, - он в больнице. Мы больше ничего не знаем.

Ольга Семёновна позвонила. Надо к ней сходить.

- Я иду, - сказал Жора, - я иду один.


- Жорик, здравствуй дорогой. Ты так редко к нам заходишь. Проходи.

Ольга Семёновна взяла Жору за руку и повела за собой.

- Ты не волнуйся. Игорь живой. Врачи сказали, что уже не опасно. Завтра переведут из реанимации в обычную палату.

Они прошли в комнату Игоря. Ольга Семёновна села за письменный стол.

- У меня для тебя что-то есть.

Она протянула Жоре лист бумаги с аккуратными записями.

- Игорь сказал, что если..., даже без "если", все равно, отдать тебе.


Жора сидел на ступенях подъездной лестницы и читал.


Постулаты света

Постулат 1.

Совершенство - абсолют, дихотомия покоя.


Постулат 2.

Свет - совершенен. Свет существует всегда.


Постулат 3.

Составляющие света - частицы, каждая из которых также является светом.


Желание Света.

Познать самого себя через опыт собственных частиц.


Цель желания.

Взаимонаслаждение: частицы света наслаждают свет тогда и только тогда, когда свет наслаждает частицы света.


Формализация алгоритма желания.

1. Выход из покоя, т.е. организация иллюзии движения.

2. Движение создаётся по образу и подобию самого света.

3. Лишение частиц знаний о том, кем они являются в действительности.

4. Предоставление частицам свободного выбора в движении: желание частиц - закон для света. Желание света - закон для частиц.

5. Помощь света своим частицам - информация в каждой точке движения частиц, предназначенная как для всех частиц, так и для каждой в отдельности.


Условия реализации алгоритма желания.

1. Абсолютная свобода при движении частиц.

2. Управление частицами света собственным движением.

3. Бесконечное стремление к единству частиц света.


Жора ничего не понял. Жора понял главное: Игорь - живой.


© Михаил БЛИЗНЕЦ


Перепечатка и любое использование материалов журнала без согласия редакции запрещены!


Летний детский лагерь в Подмосковье! Незабываемые впечатления для детей
educhess.ru