Наброски - женский литературный журнал
Женский литературный журнал
Главная
Новости
Проза
Статьи
Поэзия
О нас
Ваши истории
К новым авторам
Знакомства
Контакты
Каталог женских и литературных ресурсов
Гостевая книга
Форум
Поиск
Женский литературный журнал
Рассылки Subscribe.Ru
Подпишись на анонсы
новых поступлений

Наш журнал в Twitter

Наш журнал в Вконтакте

Журнал Наброски в формате RSS









Rambler's Top100



Яндекс цитирования

Love.Linx.Ru - Любовь, знакомства, общение

Украинская Открытая Ассоциация Организаций, Групп и Лиц, работающих с детьми, страдающими онкозаболеваниями Жити завтра, Ми поруч, Киев





Крест жертвенной любви

Нет суда страшнее того, который творит раскаяние.


Эти двое считают, что Господь подарил им встречу ради того, чтобы явить нам одно из своих чудес. ...Дабы своим союзом они прославляли Небеса, соединяющие смертных.


Первое мое знакомство с Шафранами состоялось примерно восемь с половиной лет назад - когда Сергей сидел в Горловке, а "тюремная" газета, которую я в то время редактировала, проводила поэтический конкурс для зэ/ка. Шафран стал одним из лауреатов, и вскоре его жена, Ольга Ковалева-Шафран из Мариуполя, рассказала читателям историю их союза. Порадовавшись возможности поместить на наших мрачноватых страницах что-нибудь светлое и обнадеживающее, в глубине души я с иронией оценивала прочность такого брака. Случаев разворота судеб на 180 градусов я не встречала. А все, что было известно о прошлом Ольги и Сергея, свидетельствовало, что это антиподы, физические воплощения добра и зла.


Слишком часто приходилось слышать другие истории - читательницы, охочие до романов с "сидящими заочниками", узнавали, что продуманные письма конвейерно составлены рукой зоновского писаря, напичканы украденными словами, а всё тюремное "писательство" затеяно ради посылок и свиданий. Словом, была уверена, что их брак распадется, как только Сергей выйдет на свободу и наивная Ольга откроет для себя его истинную сущность. Но вышло иначе - с годами в них стало проявляться даже внешнее сходство. В мае исполнится 10 лет как Сергей и Ольга обвенчаны, и все еще вместе - пишут стихи, миссионерствуют... Вопреки здравому смыслу и прогнозам.


В канун "Старого нового года" произошла эта встреча с необычной семьей - бывшим опасным преступником, имеющим за плечами 18 лет отсидки, его женой, воспитаннойй убежденными баптистами и их удочеренной малышкой, которую родная мать пыталась утопить в нечистотах в первые часы жизни...


Сергей: "У меня были свои авторитеты"


7 января 1990 года. ...В камеры колонии для "особо опасных рецидивистов" полилась праздничная проповедь - это баптистский пастор приехал в зону для "полосатиков" с просветительской целью и местное начальство разрешило ему обратиться к самым неисправимым по внутреннему радио. Сергей Шафран, один из сидельцев, как обычно, играл в домино и не обращал внимания на посторонние звуки. Потом прислушался, отложил игру, и наконец встал, чтобы опуститься на колени и начать первую в своей жизни молитву. До этого момента Сергей относился к убежденной отрицаловке, он был уверен, что душевные "чистки" ему не нужны. "Я сам себе был Бог и смеялся над такими "чудачествами" в других", - вспоминает он. А его родители и сейчас не верят в Сережино перевоплощение, и приписывают перемены одному только влиянию его жены. Сергей говорит, они ожесточены против Бога: и были атеистами, а после того, как многие десятки тысяч советских рублей "сгорели" во время постперестроечного кризиса, разочаровались окончательно. К тому же и Сергей, а вернее все, что происходило до 6 января 1990 года, давало основания заподозрить его в неискренности.


Первое преступление он совершил в восемь лет. Учительница пришла к Шафранам, чтобы поговорить о поведении одного из двойняшек - хулиганистого Сережи, а он залез к ней в карман. Позднее таки пробил ей голову - сбросил с высоты школьной лестницы на голову учительницы тяжелый замок! В 12 лет пытался застрелить брата, с которым появился на свет в один день! Брал кассу, пацаном угонял новый школьный автобус, а подростком - вертолет, дрался с ментами... Родители Шафрана относились, мало сказать к благополучным, к обеспеченным людям, так что все свои преступления неуправляемый Сережа совершал исключительно "из любви к искусству".


В зрелом возрасте его воровской специализацией стало мошенничество. Приезжал он, скажем, в Винницу, с помпой селился в лучшей гостинице и начинал набирать людей на северные работы (примерно так же, как теперь аферисты вербуют на нефтяные вышки в Норвегию). "Жертвами чаще становились небогатые, но порядочные, интеллигентные люди - вспоминает Сергей, - которые могли бы у кого-нибудь занять". Шафран с напарником своеручно помогали доверчивым выносить мебель, комплектовать контейнеры... А теперь он старается уверить меня, что хотел бы прокатиться по местам своих похождений и просить прощения у бывших жертв. "Хочу попасть и в свой родной Якутск - к друзьям, к братве, которая меня помнит, чтобы все увидели, что со мной сделал Господь".


Первое свидание с Ольгой оставило глубокий след в нем: "Я был потрясен - впервые встретил женщину умную и тактичную, и в жизни она оказалась еще лучше - такая чистая! Хотя раньше не раз влюблялся и даже собирался жениться, но в последний момент все расстроилось - как я теперь понимаю, не случайно."


После их встречи Сергей воспользовался своей единственной "льготой" и перешел с "особого режима" на "строгий". А в 87-ой Горловской колонии в 1994 году состоялась их свадьба. В зоне такого еще не видели - "Невесту настоящую привезли!" - раздавались изумленные крики. Она приехала в белом платье до пят и фате и не позволяла целовать себя до свадьбы.


Ольга: "Брак дается не в награду и не только для счастья"


С будущим мужем Оля познакомилась в конце 90-го, спустя год после того, как Сергей неожиданно уверовал в Бога. Сначала с ее стороны это было исполнением христианского долга - как подобает сестре ответила на письмо незнакомца, пересланное подружкой - поздравила с Рождеством и сделала несколько полезных советов, относящихся к его поэзии. Он чувствовал слабость своих стихов, и искал адреса христианских поэтов...


Первое свидание в зоне особого режима и для Ольги началось с потрясения. В письмах она уже получила предложение и в своем ответном подала надежду. Но увиденное в зоне, а также облик жениха, не совпавший с представлениями по фото, все это шокировало ее. "Меня завели, а я никак не могла опомниться, - вспоминает Оля, - Очнувшись, первым делом потрогала ручку двери у себя за спиной. Оказалось закрыто - жаль, мысленно сказала себе. Впереди за стеклом сидел совершенно чужой человек. Я опустилась на стул, собрала все свое мужество в кулак, и в продолжение трех часов продолжала те же разговоры, какие велись у нас в письмах - о жизни, о вере, поэзии... Меня выдавало только то, что я постоянно ломала спички. А Сергей, в это время, все гнул и гнул телефонную трубку. Когда это нервное свидание окончилось, я поспешила к цензору и попросила, если придет мое, уже высланное Шафрану, письмо, вернуть его мне обратно... И потом всегда помнила, что нас читает кто-то третий."


У баптистов не редкость, которые юноша делает девушке предложение спустя полчаса после знакомства, а потом они живут вместе до самой смерти, так как по христианским представлениям - это единственная "уважительная" причина для расставания. Но тот ли это человек, которого избрал для нее Господь? Она знала людей, которые многие годы отсидели за веру в Бога. Но встречала и другие примеры - ее сестра по вере вышла замуж за осужденного что называется - "не глядя". Причем, знала, что тот человек зарезал свою жену... Они не развелись, воспитывают троих детей, но вторая жена убийцы не перестает страдать из-за жестокости супруга. Мы, люди не слишком верующие, назвали бы это безумием, а та женщина отказалась взглянуть на фотографию будущего мужа до свадьбы, чтобы избежать искушения... И считает, что не ошиблась в выборе.


Из тех семи лет, которые длился "тюремный роман" Ольги и Сергея, первые три были для нее годами мучительных сомнений, последние четыре - те, в которые она была уже женой - по ее словам, годами полнокровного счастья. Вместо подруг, мамы и собственного сердца она спрашивала совета у Бога.


Аня: "Моя мама была в падении"


Историю Ани Шафраны услышали в церкви Добрых перемен, которую в Мариуполе знают все, ведь она перековала не один десяток опустившихся взрослых и успешно патронирует приюты для малолетних бродяг. Одна из сестер рассказала, что некая жительница Мариуполя, скрывавшаяся от милиции, родила ребенка у себя дома и выбросила его в туалет. Сама роженица через три часа умерла от потери крови, а ребенок спасся, более 12 часов перед тем пробарахтавшись в выгребной яме. Не захлебнулся, хотя мать и ее подружка, сообщница, на новорожденную с не перевязанной пуповиной лили сверху воду! И не поранился, хотя приехавшие утром работники милиции, думая, что дитя мертво, пытались подцепить его тяпкой! Рассказывавшая это женщина сказала: "Я думаю, Господь не случайно сохранил этому ребенку жизнь, а ее мать предал смерти. Давайте вместе помолимся за нее". Не дожидаясь окончания проповеди, Ольга предложила мужу взять девочку себе, и тот, не раздумывая, согласился. "Я так спешила к этой женщине - как будто незнакомая крошечная девочка уже стала моей. Больше всего боялась, что вот сейчас выстроится очередь из желающих удочерить этого ребенка, и мы его потеряем," - вспоминает Оля.


Но очереди не оказалось. Пришлось столкнуться с иными трудностями: разыскивать адрес новорожденной, устанавливать ее имя и уговаривать врачей и опекунские органы разрешить удочерение. Во-первых, ранее судимым, как правило, не доверяют опекунство. Во-вторых, у девочки обнаружился целый "комплект" пожизненных, как уверяла медицина, диагнозов. "В больнице 20 брошенных детей - возьмите здорового, возьмите любого, эта все равно умрет!", - убеждали люди в белых халатах.


Младенец перенес четыре переливания крови, три клинические смерти. После антибиотиков Анин организм разучился переваривать пищу, включая молоко. Кроме риса на воде ее вообще не знали чем кормить, так что в семь месяцев Аня не дотягивала до пяти килограммов.


Ее выздоровление нечему приписать, кроме еще одного чуда. Хвори и таблетки забыты полностью, но пятилетняя Аня знает и помнит о своих биологических родителях буквально все. Это очаровательное и очень смышленое дитя, и Ольга уверена: "Ложь навредила бы больше". Когда девочке исполнилось полтора года ее показали родной бабке (которая, в день Аниного появления на свет потворствовала матери-убийце). Бабушка воскликнула: "У меня появился смысл в жизни". Похоже, Бог наказал не только покойную Анину мать. Анин брат попал под поезд, а бабушку один прохвост по пьяной лавочке уговорил подписать дарственную (на тот самый дом, где родилась девочка) и выгнал на улицу. ...Шафраны и старуху забрали к себе - по воскресеньям водят в церковь.


Подталкиваемые таинственными силами, они познакомились с соседом, который нырнул за Аней в туалет - единственным, кто не побрезговал дотронуться до крошки. Разыскали и Аниного отца. У этого, вполне приличного, человека было с Аниной мамой короткое приключение, у него своя семья, так что признавать незаконнорожденного, да еще и при таких обстоятельствах, ребенка, было не в его интересах. Но месяц назад он впервые увидел Аню и теперь они дружат. Его дети называют Аню сестричкой, и даже жена простила старый грех!


Шафраны: "Бес иногда очень крепко цепляется за людей"


Прошлым летом в их семье произошло горе. Олин отец специально приехал в Украину из США, чтобы деньгами и своими руками помочь им с Сергеем строить дом. Он уже давно эмигрировал в Америку вместе с женой и двумя из своих четверых детей как религиозный беженец. К слову, еще в детстве Оля знала, что за веру надо пострадать. Она - отличница, но не комсомолка, даже мечтать не смела об институте: перед глазами были примеры родителей, многократно увольняемых за убеждения, в которых они открыто признавались.


Колонийский товарищ Шафрана бомж Паша, внешне как будто тоже примкнувший к баптистам, попросился к Шафранам на постой. Пашу взяли жить и работать в строящемся доме, платили по 20 гривен в день, одевали и кормили. Все считали его родным, и только отец Ольги говорил, что Паша по-прежнему одержим Бесом, хотя тот перестал пить и колоться.


"Мы не держим на Пашу зла, - говорит Ольга, - это возмущенный Бес совершил преступление - не захотел отпускать Пашу и отомстил отцу." Ольгин отец и Паша как обычно беседовали за чаем. Прежде, чем проститься, американский миссионер решил почитать над ним молитвы - он считал, что с Пашей не все в порядке и... не ошибся. В этот самый момент работник схватил первое, что попалось под руку - скалку для теста и начал озверело лупить старика по голове, пока тот не упал замертво!


...Через два месяца, когда Пашу изловили, он ничего не помнил и не мог объяснить случившееся. Во время ареста при нем оказался нож, которым он пытался перерезать себе горло. Вины своей в суде обвиняемый не отрицал и просил приговорить себя к высшей мере наказания, но суд оказался мягок, учитывая раскаяние... А вот определить мотив этого мистического преступления следствию так и не удалось.


© Татьяна ЗАРОВНАЯ


Перепечатка и любое использование материалов журнала без согласия редакции запрещены!